Нет, она и раньше после суток на мойке красотой не блистала, но чтобы до такой степени…
Исаев отбитой печенью чуял — что-то произошло.
— Высказался? — хмыкнула Аня, поправляя лямки рюкзака. Отпихнув ладонями его руку, она сделал шаг в сторону кабинета. — Содержательно. А теперь дай пройти!
— Да подожди ты! — сбросив оцепенение, Исаев вернул Солнцеву в изначальное положение, но на сей раз уперся ладонями в стену уже по обе стороны лица, но не как акт агрессии со своей стороны. Он просто понимал, что иначе девушка уйдет и слушать его не станет.
Он даже шагнул вперед, оставляя меньше места для маневра, правда случайно наступил Ане на ногу…"
"И он не никак не ожидал, что Солнцева вдруг вскрикнет, ее лицо исказит гримаса боли, из глаз ее хлынут самые настоящие слезы, и она просто сползет по стенке на пол!
Какого… хрена? Сейчас-то он что натворить умудрился?!
— А-а-ань, — с толикой паники протянул Исаев, смотря как сидящая на полу Солнцева роняет слезы, закусив губу, ногтями царапая по полу.
При этом девушка заметно дрожала, но говорить она, кажется, ничего не собиралась. Впрочем, о том, что кое-кто сейчас пытается не зареветь в голос от боли, а не внезапно растрогавшись его поступком, Демьян вполне догадался и сам!
Быстро прокрутил в голове последние события, машинально перевел взгляд на ноги девушки… и выругался вслух.
На легких не по погоде, тонких белых кедах быстро расплывалось кроваво-красное пятно!
— Бл*ть! — коротко, но емко высказался Исаев и, опустившись на одно колено, принялся аккуратно расшнуровывать обувку.
Солнцева попыталась было отдернуть ногу, но парень, рыкнув, придержал ее за лодыжку. — Сиди и не дергайся!
Та замерла. Вытянув шнурок, Демьян как можно осторожнее снял обувь с правой ноги, стянул окровавленный, некогда белый носок… и почувствовал, как его тряхнуло. На пальцах девушки не было кожи. Вот просто не было! Не пострадал, вроде, только мизинец, но в остальном казалось, будто кожу вместе с мясом просто сходу срезали чем-то острым!
На всякий случай Исаев разул и вторую ногу, и она, к счастью, оказалась невредимой.
— У меня только два вопроса, — сжав зубы, медленно процедил парень, тщетно пытаясь взять себя в руки. Он чувствовал, как его трясет от ярости. Вот так вот неожиданно, но конкретно трясет!
— Как и на хрена? — вытирая слезы тыльной стороной ладони, шмыгнув носом, попыталась хихикнуть рыжая. Исаев юмор не оценил.
