Наивный мальчик…
Едва он скрылся в первом попавшемся кабинете, моя ни разу ни послушная светлость, не обращая внимания на удивленные лица вокруг, прям в одной футболке ломанулась на выход!
Да, глупо, да, недальновидно, да холодно. А какие варианты?"
"К счастью, район оказался мне знаком. И потому, не успел охранник выбежать на улицу следом, я уже вовсю уходила бегом, гаражами и по многочисленным дворам. Нет, я не спорю, Никита явно бежал бы быстрее… Да только я знала местность, а он — нет!
И потому, едва оказавшись возле проезжей части, быстро поймала попутку.
Дедуля за рулем девятки, конечно, обалдел, не скрою. Но милостиво согласился подвезти. И даже перебросил мне на заднее сидение свою куртку, невкусно пахнущую мазутом и дешевым табаком.
Поблагодарив сердобольного дедулю, я закуталась с головой в китайский пуховик и, назвав адрес, свернулась клубочком на сидении так, чтобы меня не было видно из окон.
И вот тогда уже начался самый натуральный отходняк…
— Ты это, с женихом поругалась, что ли? — вдруг с сочувствием спросил пожилой мужичок в теплой шапке, не отрываясь от дороги, изредка поглядывая на меня в зеркало заднего вида.
— Почти, — сжимая в кулаки трясущиеся руки, сквозь слезы прошептала я, отчаянно пытаясь сделать так, что б голос не дрожал. — С его отцом…
— Бывает, — как-то понимающе кивнул дедушка и попытался меня ободрить веселым голоском. — Ну, ничего, дело-то житейское!
Кто бы знал, дедуля, как ты сейчас не прав…
В житейских делах не похищают подругу сына, уводя ее под пистолетом, чтобы просто наедине поговорить.
В житейских делах парень, желая заполучить девушку, не идет на мерзкий шантаж. В житейских делах сын ради своей любви не кидает на бабки собственного отца.
И уж точно в обычных житейский делах отец не подставляет свою дочь так, что ей средь бела дня подкидывают в ресторан гранату!!
Едва впереди замаячил знакомый двор, трудом сквозь слезы поблагодарив доброго дедушку, я отдала ему куртку, вышла из машины у того самого подъезда, что покидала каких-то три часа назад… И тут же замерзла.
Мокрое от слез лицо приморозило, ледяной ветер забрался под тонкую футболку, а я, обнимая себя за плечи, смотрела на скопление народа возле дома и задавала себе один-единственный вопрос.
А какого хера я тут делаю?
Однако задуматься не дали. Увидели дрожащую меня. Мгновенно поднялся шум, гам, крики, суета…
— Жива? — передо мной вдруг оказалось взволнованное лицо отца, обнимающего меня за плечи.
