Настроение, если честно, было как у Карлсона: хотелось сладкого и пошалить!
А потому, прикупив по дороге сигареты и чупа-чупс, на парковку универа я влетела как Липницкий. То есть боком!
Естественно, машину занесло на заснеженной дороге. Дернув ручник, я даже немного покрутилась…
И припарковавшись, вылезла на улицу счастливая по самое прям не могу!
— Не понял? — брови стоящего на парковке Игоря поползли вверх. — По какому поводу коробку убиваем?
— А шо, низзя? — фыркнула я, накидывая куртку и перекатывая чупа-чупс во рту.
— А Лёлька где?
— Отходит, — вздохнул Липницкий. — После вчерашнего. Она… перебрала чуток.
— Тыц, — поморщилась я. — Куды смотрел, зачем позволил? Аленка и алкоголь вещи почти несовместимые! Ну, как минералка и Херлей…
— Сосешь, рыжая? — вдруг послышалось со стороны. — Ну, правильно, что тебе еще остается-то теперь?"
"— Не, ну я хотя бы чупа-чупс, а не то, что ты обычно! — машинально и насмешливо откликнулась в сторону проходящей старшекурсницы с ее товарками.
И наткнулась на внимательный взгляд Игоря. — Чего?
— А объясни-ка мне чудище рыжее, — меня внезапно крепко ухватили за ухо. И потянули вверх так, что я ойкнула. — Что за внезапный позитив?
— А чего мне, в истерике наглядно биться? — округлила я глаза и жалобно заверещала. — Ай, пусти, садист эльфийский! Весь пельмешек оторвешь, а он дорог мне, как па-а-амять…
— Вот теперь я точно не сомневаюсь, — хмыкнул Липницкий, но ухо мое все-таки отпустил.
— Настроение силой давишь?
— А?
— Бэ, млять! — ругнулся Игорь и, вздохнув, скинул со своей головы капюшон. — Ань, не надо, ладно? Если плохо, просто скажи! Вчера…
— Та не, — перебив его, фыркнула я, суя руки в карманы толстовки. Куртку не стала надевать, благо тут бежать две минуты. — Я в порядке. Полном! И нет, не вру, на случившееся мне просто пофиг… Но вот сейчас я, пожалуй, пойду.
И моя светлость проворно сделала ноги до того, как появившийся на дороге вишневый кроссовер успел припарковаться.
Позитив-то позитивом, а желание порвать кое-кого на тряпочки никуда не делось от слова абсолютно!
Игорь был прав по всем фронтам. На самом деле мне было нифигашечки-то не весело.
Но от одногруппников я отбрыкивалась честно. К сожалению, преподаватель опаздывал уже минут на двадцать, и, судя по шуму из коридора, не только он, и не только на нашу лекцию.
