Женщина с тревогой спрашивает:
— Мария Андреевна, скажите, пожалуйста, жизни Дениса сейчас ничего не
угрожает? Как вы считаете, может, отправить его в Москву? У меня есть
знакомые доктора в Склифе, его там хорошо обследуют.
— Думаю, это ни к чему. Перелеты ему пока что противопоказаны, да и наши
специалисты ничуть не хуже московских. Он находится под наблюдением
докторов двадцать четыре часа в сутки, и я лично постоянно присматриваю
за ним, поэтому можете не волноваться.
— Как я могу отблагодарить вас, Мария Андреевна? — всхлипывает
женщина.
— Скажите, что я могу для вас сделать?
— Ничего, — улыбаюсь я. — Для меня самое главное — это живые и
здоровые пациенты.
Прощаюсь с матерью Дениса и возвращаю ему телефон. Выхожу из палаты, подхожу к окну в коридоре, и, набрав полную грудь воздуха, едва слышно
произношу:
— Самое главное — живые пациенты…
Мое тело вновь пробирает дрожь.
Как и в тот день, когда обычный московский летний вечер в одночасье
превратился в ад.
Я знаю, что смерти на операционном столе были и будут в моей практике, но… если снова случится что-то подобное, как тогда, то я точно не вынесу.
Слава богу, что я сама осталась жива. Хотя у меня были все шансы
отправиться вслед за умершим пациентом на тот свет…
Выбрасываю из головы дурные мысли.
«Это было очень давно, — успокаиваю себя, идя в кабинет главврача, чтобы
обсудить кое-какие вопросы. — Я далеко от той больницы. Я далеко от
Москвы. Все, хорошо. Все хо-ро-шо…»
Подхожу к кабинету и вижу через приоткрытую дверь мужчину в черной
рубашке, стоящего ко мне спиной.
— Значит, я могу прямо сейчас поговорить с пострадавшим? — спрашивает"
"он и я узнаю знакомый голос. — И еще такой вопрос, Федор Аркадьевич: лекарства Денису нужны какие-нибудь?
— Нет-нет, что вы, — торопливо отвечает главврач. — Больница
обеспечивает его всем необходимым. Вы, Руслан Александрович, и так на
протяжении многих лет помогаете нашей больнице. А насчет пострадавшего с
другой яхты, да, вы можете хоть прямо сейчас пойти к нему.
Идемте, я
провожу вас в его палату.
И, вставая с кресла, спрашивает:
— А я говорил вам, что хирург, который провел наисложнейшую операцию и
спас жизнь вашему сыну, является женой того самого пострадавшего с другой
яхты?
— Женой? — удивленно переспрашивает Руслан. — Но как мне известно на
той яхте была влюбленная пара, которая устраивала романтический вечер.
— Да, все верно… — вздыхает главврач. — Муж нашего хирурга был с
другой. И это нас всех повергло в шок.
