Бедная моя доченька… Что будет, когда она тебе надоест? Ведь тебе когда-то надоест играть в папашу?
– Да что с тобой такое, Тань? Я так похож на чудовище? Почему ты сразу думаешь о плохом? У тебя даже мысли не возникает, что у меня может получиться? Почему, Тань?
Сжимаю ее плечи, наблюдая, как на раскрасневшихся щеках тают снежинки. Стекают мелкими капельками к подбородку, заползают под пушистый шарф. Так и мое настроение – приподнятое с утра, скатывается в пропасть уныния и неуверенности.
– Марк, ты избалованный, самовлюбленный циник, привыкший менять игрушки, – шелестит она.
– Неправда. Ты плохо меня знаешь. И даже не хочешь узнать… Словно шарахаешься. Почему, Тань?
– Не знаю… Я просто не могу никак к тебе привыкнуть. А если быть честной – боюсь привыкать, – неожиданно признается она. – Боюсь поверить, что… Неважно.
– Танечка, хорошая моя… Даю слово мужчины, что не откажусь от дочери. И она мне не надоест.
Остаток дня мы катаемся на санях, запряженных красавцами хаски. Я шучу, пытаясь разморозить Татьяну, даже специально падаю с саней на повороте, заставляя ее громко рассмеяться.
Гуляем по окрестностям, играем в снежки, болтаем. Кажется, она успокаивается. Прячется за толстым стволом и нападает, намылив мою довольную физиономию увесистым снежком.
Домой мы возвращаемся довольными и уставшими. Сбрасываем на пороге мокрую одежду и идем в душ. В один душ – стоит отметить.
Целуемся, будто заранее сговорившись. Отдаем накопившуюся за день жадность, страсть, боль…
Танька засыпает в моей постели.
Бурчит, обещая уйти в свою комнату, и… снова засыпает, свернувшись калачиком.
Дорога домой кажется близкой. Танюшка звонит Уле, предупреждая о скором приезде. Перебрасывается парой фраз с бабулей, вжавшись в кресло. Боится расспросов? Их точно не миновать. Я помню, какая у Павлика строгая бабушка. Во всяком случае, она такой была раньше.
Танюшка засыпает и на обратном пути. Сначала что-то сосредоточенно читает, а потом прячет смартфон в карман и ложится на бок.
Просыпается, когда я сворачиваю с трассы к ее микрорайону.
– Спасибо за прекрасный отпуск, – шепчет, пряча взгляд. – Мне очень понравилась Карелия.
– Угу, – отвечаю, по-хозяйски вынимая ее сумку из багажника.
– Стрельбицкий, я могу сама поднять вещи. Спасибо тебе…
– Таня, ты меня гонишь? Я настаиваю на том, чтобы подняться в квартиру и поздороваться с дочерью. Я ей подарки купил, в конце-то концов!
– Ну… ладно. Прошу тебя – молчи. Бабуля замучает тебя расспросами, а ты…
– Танька, хватит уже.
