А потом, буквально спустя пару часов после показа — в ней словно что-то лопнуло. Или прорвалось что-то подспудно зревшее.
Кристина знала, что Вероника рисует. Видела ее рисунки. Но сейчас… сейчас с девочкой творилось что-то… что-то другое. Вероника рисовал все то время, пока не спала, не ела и не находилась в уборной. Как будто не могла не рисовать. Как будто это стало необходимой функцией ее организма, словно дыхание. Возможно, причиной этого стало общение с Гвидо. Или сам показ. Или… или все вместе и что-то еще.
И с этим надо было что-то делать.
Вероника подняла голову от листа бумаги, улыбнулась рассеянной улыбкой, потом, подумав, послала Кристине воздушный поцелуй — и снова уткнулась в рисунок. Ладно, Кристина поговорит с Вероникой за ужином. Половину дела она сделала — получила согласие Лены.
Кристина аккуратно прикрыла дверь и вернулась в свою комнату. Она устроилась в кресле у окна и достала из кармана штанов телефон."
"Отзывы на показ «Лолику» были хорошие. Даже прекрасные, наверное.
Прием у медиа был в целом положительный. Но все же в комментариях под видео с официальной трансляцией нет-нет, да проскакивали такие комментарии, что Кристина невольно до боли сжимала зубы. Один из таких омерзительных комментариев, после которого хочется то ли помыться, то ли кому-то сломать нос, исчез прямо на глазах Кристины — это работают администраторы канала. Но от всех мерзавцев не убережешься. Хорошо, что Вероника сейчас сидит в соседней комнате и рисует. И вообще вряд ли когда-то увидит и прочтет эту мерзость.
А Марк? Марк это наверняка увидел и прочел.
Теперь, после того, как Кристина проделала с Вероникой путешествие из Москвы в Милан, после того инцидента в бизнес-классе, после не раз и не два замеченных косых взглядов и брезгливо поджатых губ — теперь Кристина гораздо лучше понимала, через что прошел Марк.
«Я не думаю, я точно знаю». Она вспомнила те его слова, сказанные перед первым ее разговором с Вероникой, по телефону. Тогда сама Кристина совершенно не предоставляла, о чем Марк говорит.
А сейчас Кристина побыла на его месте — недолго, но побыла. А он так живет уже двенадцать лет.
Кристина встала, подошла к окну. Теперь ей казалось, что она все-все по Марка знает. И даже понимает, почему он тогда в Вене… сделал то, что сделал. Она не могла это понимание облечь в слова, но оно было.
Как много она, оказывается, не понимала. И как много стала понимать. Кристина повернулась к двери в комнату, где сидела Вероника.
