Повисает неловкость вместе с тишиной. Я собиралась сесть рядом, но теперь сомневаюсь. Слишком близко к нему… Я вдруг понимаю, что то неясное чувство, от которого я сбежала, когда Чертов обхватил мои пальцы и сказал остаться в спальне, возвращается.
Стоит подойти к нему на расстояние вытянутой руки, как его мужская энергетика становится осязаемой. Она окутывает и продавливает, заполняет каждый уголок чем-то тягучим и темным. Самое плохое, что перемена случилась без моего участия, я иначе реагирую на Чертова и не могу этим управлять.
Страх ушел, а на его место пришло что-то другое… совсем другое…
— Ты знаешь, кто обстрелял твой дом? — я продолжаю стоять, терзая спинку стула пальцами. — Из-за чего это вообще произошло?
— Думаю, из-за документов, которые привезли из ячейки Лаврова. Там был компромат на несколько серьезных людей. Кто-то из них послал своих парней, чтобы забрать папки.
— Там была папка и с моим именем.
Чертов протягивает ладонь и сжимает мое запястье. Один стремительный рывок и он усаживает меня на свои бедра.
Всё происходит столь молниеносно, что мой пораженный выдох касается его лица. Я оказываюсь прямо перед ним и чувствую, как наше дыхание смешивается. Я дышу его воздухом, а он моим.
Вот теперь он точно слишком близко."
"— Ты что боишься меня? — спрашивает Чертов, и мне мерещится то ли досада, то ли раздражение в его голосе. — Ты от выстрелов так не дрожала.
— Дело не в страхе.
— А в чем тогда?
— Я не знаю, я…
Он не дает мне договорить, нажимая пальцами на подбородок.
Чертов обжигает меня прикосновением, которое колет электрическим током. Он заставляет меня поднять лицо и посмотреть ему в глаза. Я проваливаюсь в их темную глубину и окончательно запутываюсь в своих эмоциях.
Их чересчур много, и они неправильные.
Непрошенные…
Я вспышкой понимаю, что полтора года фиктивного брака с Лавровым стоили мне слишком дорого. Я привыкла к издевательствам и угрозам, я так глубоко спрятала эту правду, что почти обманула себя. Но Чертов сказал в спальне “я ничего не сделаю” и плотину прорвало.
Ведь Лавров только и говорил, что сделает со мной.
Да, Чертов другой.
Совсем другой.
И меня тянет к нему.
Глава 12
Я замираю от собственного признания. Я правда сказала, что меня тянет к нему? Пусть только в мыслях, но этого уже очень много. Тем более сейчас, когда Чертов проводит большим пальцем по моему подбородку. Его тепло и близость творят немыслимое.
Так не должно быть.
Мы ведь чужие.
