С губ Чертова слетает матерный выдох и я понимаю, что он не шутил насчет выбитого плеча. Ему больно. Впрочем, он сам делает только хуже — отрывает меня от пола и вносит в другую комнату. Здесь немногим тише, металлические звуки перестрелки идут с улицы, а поверх них то и дело накатывают рычащие мощные моторы и выкрики.
Да что же это?!
Вокруг столько охраны! Столько оружия, страшно подумать… Неужели, есть кто-то настолько безумный, чтобы нападать на дом Чертова?
— Где Лис? — грубо бросает Чертов, поворачивая голову.
Он держит меня за талию, словно не верит, что я в состоянии устоять на ногах. Я прижата его массивным телом к стенке и ничего толком не вижу. Кажется, он увел меня в максимально безопасное место. Вокруг нет окон и проклятых осколков.
— Он у первого поста, — мужской голос отвечает Чертову, после чего щелкает затвор оружия. — У черного входа есть машина, я пригнал.
Мне удается вывернуться и я вижу, что говорит высокий охранник в серой футболке. Он тяжело дышит, как бегун после многокилометровой дистанции.
И по его лицу видно, что лучше не медлить. Он распахивает дверь черного хода, чтобы пропустить нас с Чертовым, а сам делает шаг в другом направлении.
— Я помогу парням, — бросает он. — Там совсем херово.
Чертов включается моментально. Он выводит меня из дома, рывком пересекая ступеньки, и распахивает дверцу черного внедорожника. Я не сопротивляюсь, я хочу уехать подальше от перестрелки, которая никак не стихнет, как можно быстрее. Я смотрю через лобовое стекло и замечаю, что небо начинает сереть.
Скорые сумерки уже нависают и только добавляют драматичной атмосферы. К счастью, с этой стороны дома ничего не видно, мы надежно укрыты его высокими стенами.
Чертов обходит машину, чтобы сесть за руль. И мне вдруг кажется, что он двигается как-то не так… Я не могу понять, в чем дело, и именно в этот момент он заваливается на авто. Тут же впечатывает кулак в капот, ища равновесия, и буквально заставляет себя сделать еще шаг.
И еще.
Он садится рядом и заводит мотор.
Я же закрываю глаза, когда Чертов закладывает вираж. Настолько резкий, что дыхание перехватывает, а нервная система решает, что с нее хватит. Я отключаюсь на пару секунд, прячась за закрытыми веками.
Не хочу ничего видеть.
И слышать тоже.
Это не моя жизнь. Это не имеет ничего общего с нормальностью, это какая-то адреналиновая воронка прямиком в ад. До меня только сейчас доходит, что рядом со мной стреляли. По-настоящему. Не как в кино.
