В тишине было слышно, как кто-то шуршал в глубине комнат. Чувствуя себя если не чокнутой, то где-то очень близко, я тихонечко приблизилась к гостиной и замерла в дверном проеме.
На каминной полке, возле аквариума с обалдевшими рыбками, на кофейном столике и на подоконниках, в общем, куда ни посмотри, трепетали свечи. В самом камине плясал огонь. По стенам танцевали тени. Светловолосое создание в искрящемся серебристом платье, мурлыкая под нос невнятный мотивчик, раскидывало лепестки роз из плоской корзины с короткой ручкой.
Вообще-то, я понимала, что Рэнсвод взрослый мужчина и у него есть личная жизнь. Он же не скопец и не монах. Но, признаться, никак не ожидала столкнуться с этой самой личной жизнью в первый же вечер после переезда. Ведь очевидно, что женщина, устроившая в гостиной пошлый беспорядок, устраивала его не из любви к искусству… По крайней мере, не к искусству в общепринятом понятии."
"Ситуация была, мягко говоря, неловкая. Я попятилась назад, чтобы так же тихонечко вернуться в покои, но, увы, не успела.
Женщина заметила движение в дверях и, громко выругавшись, от неожиданности выплеснула себе в лицо рой розовых лепестков.
– Я пойду, – пробормотала я и махнула рукой: – Вы тут… кхм… продолжайте.
– Стоять! – рявкнула она.
Сначала замерев, а потом обернувшись, я удивленно уточнила:
– Простите?
Незнакомка уперла руки в бока и начала приближаться. В тишине постукивали каблуки. Невольно я уставилась на искрящееся платье и методично выглядывающую из длинного выреза голую ногу в белой туфельке.
Интересно, дамочка бежала по снегу в этой обуви или переобувалась в холле?
А еще вблизи было заметно, что наряд полупрозрачный и фактически не скрывает кружевного исподнего. Эти самые кружева тоже не особенно что-то прятали. В общем, одежда явно не для тихих игр. Не то чтобы кто-то сомневался, будто в гостиной устроили взрыв розовых лепестков ради размеренного пасьянса.
Она дернула головой.
– Ты кто?
– Секретарь Рэнсвода, – не задумываясь выдала я ложь, придуманную Рэнсводом.
– Какой еще секретарь? – поморщилась женщина.
– Новый.
– Он мне о тебе ничего не рассказывал. – Она скривила ярко накрашенные губы в сардонической усмешке и окинула меня нарочито придирчивым взглядом. – Хотя ты точно его секретарь. Киара не тянет на заморышей.
Ну все! Я честно пыталась быть вежливой и деликатной с этой неожиданной личной жизнью магистра, но оскорблять себя не позволю.
– О вас он тоже не упоминал, – копируя ее тон, отозвалась я.
