Когда было не холодно с непокрытой головой, но под ногами еще не чавкала влажная снежная каша, убивающая любое желание бродить по улицам. В воздухе уже разливалось волнительное предчувствие скорой весны. От него сердце сладко сжималось, а магия нетерпеливо колола кончики пальцев.
Едва мы вышли на пешеходную мостовую, Киар пристроил мою руку к себе на локоть. Жест был таким легким и естественным, что я забыла смутиться. Да и в горку подниматься с живой подпорой куда проще. Если ноги вдруг разъедутся на заледенелой брусчатке, всегда можно повиснуть на сильной мужской руке.
Незаметно минув сонную улочку, мы оказались на многолюдной площади с торговыми домами и артефакторными мастерскими, прославившими этот квартал на все королевства Крушвейской скальной гряды."
"Возле большой витрины книжной лавки я невольно замедлила шаг. За стеклом были видны дорогие шкафы с аккуратными рядами книг, прилавок из красного дерева, изящный столик для чтения. В квартале Восточных ворот в книжном всегда творился хаос и никакой библиотечной изысканности.
– Зайдем, – кивнул Киар. – Хочу купить пару книг.
Он открыл дверь, пропуская меня вперед. Над головой переливчато тренькнул маленький колокольчик, на его звук обернулся продавец, расставлявший на полке книги с деревянной тележки. Пахло в торговом зале не книжной пылью, а цветочным благовонием.
– Добрый день, господа, – поздоровался он с вежливой улыбкой и вернулся к своему занятию.
Видимо, Рэнсвод, стоящий за моей спиной, подал какой-то знак, дескать, не суетитесь, милейший, мы сможем разобраться в вашем элегантном литературном королевстве.
– Ты осмотрись, – тихим голосом, словно мы находились в читальном зале, предложил Киар.
Я просто растерянно махнула рукой, мол, иди уже, не мешай девушке с жадностью изучать новинки, расставленные на специальной тумбе. Было интересно – многие издания до лавчонок в нижнем квартале еще не добрались и, дай божественный слепец, появятся в следующем месяце.
С благоговением я взяла в руки увесистый том с последним романом одного из любимых писателей, раскрыла хрусткий переплет.
От страниц еще пахло типографской краской, и было страшно провести по строчкам кончиком пальца. Вдруг чернила размажутся по белой бумаге?
Цена, впрочем, тоже пугала… Особенно того, кто потратил кучу денег на аквариумную рыбку. В нижнем квартале, пусть до домашней полки книги доходили в изрядно почитанном виде, но, по крайней мере, от ценника не приходилось поднимать челюсть с пола.
