Очень важно, чтобы все шло своим чередом. Я отказываюсь менять наши методы после четырех лет работы.
Игорь долго и безуспешно пытался его убедить, но рыжий твердо стоял на своем, видимо убежденный, что хранит истину, выбитую на мраморе.
В конце концов Игорь направился к выходу, но, дойдя до жутковатой тюремной двери, обернулся:
— Удивительно, что человек, посвятивший себя тому, чтобы помогать другим в развитии, сам отказывается развивать свою методику… Я был уверен, что вы более гибки, готовы к переменам, открыты всему новому, готовы постичь непривычное… Видимо, я ошибался.
49
У Биржи короткая память. Акции «Дюнкер Консалтинг» дней десять продержались на том уровне, на который съехали, потом медленно поползли вверх. Инвесторов мало беспокоила судьба злополучных кандидатов и их ответы на ложные запросы о вакансиях. Нашему президенту достаточно было опубликовать предварительные отчеты, настолько же оптимистичные, насколько смехотворные, чтобы восстановить доверие финансового рынка. Инвесторы не задавали лишних вопросов и ничего не желали замечать, охотно давая себя обмануть насчет реальных возможностей предприятия.
Легковерие и жадность всегда соседствуют. В любом случае реальность не так важна, учитывая, что система идет вразнос. К счастью, у меня в запасе был еще один сюрприз, способный всех немного успокоить.
Я позвонил Фишерману в «Эко» как раз перед самой сдачей макета в набор. Меня соединили с редакцией, и я назвался человеку, снявшему трубку.
Журналист согласился со мной поговорить.
Может, мой сбывшийся прогноз положил конец его скепсису? Тогда мне надо укрепить возникшее доверие.
— Хочу сообщить вам еще одну информацию, — сказал я доверительным тоном.
Никакой реакции не последовало, однако трубку он не бросил.
— Акции «Дюнкер Консалтинг» послезавтра упадут более чем на четыре процента.
Я снова взял цифры наугад. Мой мизинец сообщил мне, что совокупность скандальной информации должна усилить реакцию Биржи.
— Послезавтра?
Чудеса, он заговорил! Он лизнул крючок кончиком языка…
— Да, послезавтра.
Я дал ему возможность опубликовать предполагаемый курс в завтрашнем номере.
Никакого ответа.
Я повесил трубку, начав уже жалеть о том, что выбрал именно его. Ведь я поставил на него только потому, что он постоянно нападал на нашу ассоциацию на страницах своей газеты. Ошибка моя состояла в том, что я решил, будто он имеет зуб на моего патрона и ухватится за все, что марает репутацию предприятия.
