– Да ничего особенного, в Прюкове половина таких. Могу рассказать, если не спешишь.
Я закивала. Хозяйка, очевидно, соскучившись по общению, завела историю.
…Ира с раннего детства боялась отца. Едва в глотку Олега попадала капля спиртного, как мужчина становился неуправляемым. Доставалось всем: и маме, и бабушке, и младшему брату Косте. Отец имел на редкость тяжелую руку, одного шлепка хватало, чтобы Ира теряла сознание. С младенчества девочка при виде Олега забивалась в самый дальний угол немаленькой родительской квартиры, но тот хотел дубасить именно дочь и не успокаивался, пока не находил ребенка.
Костя получал от отца колотушек намного меньше.
Из-за постоянного стресса Ира росла вроде как дурочкой, в школе ее считали откровенной идиоткой, лишь учительница по домоводству, маленькая, пухлая Тамара Федоровна, изредка зазывала Ведерникову в свой кабинет, угощала печеньем и, гладя по голове, утешала:
– Ничего, Ирочка, про меня тоже говорили: под забором умрет. А вот видишь, хорошо все устроилось.
Главное – удачно выйти замуж. За богатством не гонись, ищи работящего, лучше всего деревенского парня, на земле от голода не умрешь, все свое.
Еще Иру иногда жалела мама. Люба покупала дочке карамельки и тайком совала их девочке, нервно предупреждая:
– Съешь быстро и никому ни слова: ни отцу, ни брату.
– А почему Костьке про сладкое говорить нельзя? – один раз поинтересовалась наивная второклассница.
Люба вздрогнула и шепотом ответила:
– Он хуже Олега.
Хоть маленький, а зверь.
Слова мамы крепко запали в сердце Иры, и девочка с той поры стала бояться еще и младшего брата.
Иногда Ирине снился кошмар. Она идет по цветущему саду, впереди, у яблони, стоит симпатичный русоволосый парень в ярко-красной рубашке. Девочка понимает, что он замечательный, и кидается к юноше, но тут на дорожке возникает Олег и с дикими воплями начинает лупить дочь. Ира вырывается из рук отца, несется к блондину, но тут откуда ни возьмись появляется Костя с горящими от ярости глазами.
Он протягивает к сестре руки, Ира ловко уворачивается, но конечности Константина удлиняются, удлиняются, удлиняются, на пальцах появляются когти, кожа стремительно обрастает шерстью…
На этом месте Ира, как правило, просыпалась, а потом долго сидела на кровати, прижимая руки к груди, где бешено колотилось сердце.
Глава 17
Справедливости ради стоит отметить, что Костя никогда не конфликтовал с сестрой.
