А вкладывать какой-то болтливой тетушке своего собственного драгоценного мужа? Да кому хочешь это покажется подозрительным!
- Но почему именно я?! - я тоже потихоньку начала заражаться его азартом. - Не Виктория Павловна, не Алиса, не повариха какая-нибудь, а я?!
- Да потому! С поварихой связываться просто глупо. Она с Анатолием Львовичем работает и неизвестно как к нему относится - может любит без памяти? Виктория Павловна и Алиса - они все-таки местные. А ты - приезжая, причем особа нервная и истеричная. Ведь никто кроме тебя из профилактория не сбежал? Да ты сразу после разговора с ней должна была в кому впасть, а не сидеть здесь и не есть руками варенье!
- Вообще, пока логично.
.. Но это, если письма действительно не было. А если оно все-таки было? Тогда почему я? Письмо анонимное, подписи нет... Почему я? Ты можешь мне объяснить?
- Ну вот, опять начала! - Митрошкин вмиг сделался скучным. - Не знаю, почему ты, я же тебе уже говорил. Надо было у мадам Щайдюк настойчивее спрашивать... И это, кстати, ещё одно очко в пользу того, что с письмом все сплошное вранье!
- А может просто у меня на лбу написано, что я - существо подлое и способное на всякие гнусности?
- Может и написано, - он вполне равнодушно пожал плечами.
- Только мелко. А у меня зрение - минус три, поэтому я без линз не вижу.
Провоцировать Леху на комплименты всегда было занятием абсолютно бессмысленным, и я не особенно расстроилась. Снова отползла по дивану к стене и сцепила руки на затылке:
- И что же мне в свете всего этого делать? Опять молчать, как про бутылку, или идти в милицию, как круглой дуре? ""Здрас-сьте! Слушайте мои версии, и не подумайте, пожалуйста, что я оправдываюсь""?
- Олежке, наверное, надо все-таки позвонить, - Митрошкин поскреб переносицу.
- Может он что посоветует?.. А вообще...
Я посмотрела в его круглые карие глаза, опушенные светлыми ресничками, и вдруг поняла, что он думает о том же, о чем и я.
- А вообще, убедиться по крайней мере в том, что у Анатолия Львовича, на самом деле, нет алиби? Правильно?"
"- Не знаю как тебе, а мне кажется, что это было бы неплохо, - он утвердительно кивнул.
- Тогда в милиции ты уже не будешь выглядеть обычной врушкой и сочинительницей, а что касается твоей детективной самодеятельности?.. Ну так это нормальный биологический инстинкт самосохранения. Станешь тут, пожалуй, и Эркюлем Пуаро и Шерлоком Холмсом сразу, когда в таком тоне допрашивают!
Я кивнула. Однако на душе отчего-то вновь стало нехорошо. Как-то грязно и холодно.