Сейчас соберем Мишку и поедем ко мне. А утром ты все выяснишь, – вмешалась я.
– Я надеюсь, вы дадите нам собрать личные вещи? – обратился Миронов к капитану.
– Собирайте, – милостиво кивнул тот. – Только недолго. Я не собираюсь тут торчать до полуночи. У меня тоже семья имеется.
Я быстро собрала все самое необходимое для себя и Мишки, одела спящего сына, который, к счастью, так и не проснулся. Виталий просто молча прихватил с собой чемодан, с которым приехал из командировки и так и не успел разобрать. Мы вышли из квартиры, которую капитан действительно опечатал, под любопытствующим взглядом Степана Аркадьевича мы вышли из подъезда и остановились.
– На чьей машине поедем? – спросил меня Миронов. – На твоей или на моей?
– На двух, – подумав, решила я. – Ты завтра поедешь разбираться со своими проблемами, а я не хочу остаться без колес.
– Тогда ты везешь Мишку, а я вещи. В таком состоянии боюсь отвечать за ребенка. Лена, я правда не понимаю, что происходит.
– Хорошо, – кивнула я. Уложила сына в кресло, пристегнула ремни безопасности, села за руль и тронула свою машину с места.
Что ж, вопрос, в какой квартире жить после того, как оказалось, что Миронов женат, решился сам собой.
* * *Двадцать лет назад
Варя бросила критический взгляд на стол, накрытый к приходу мужа с работы, и нахмурилась. Стол выглядел скромно, даже бедно, а все потому, что денег на приличные продукты у них не имелось. Так всегда бывает, когда молодой ординатор женится на студентке. Вообще-то Виталик, делая ей предложение, предупреждал, что он не особо выгодная партия для нее, но Варя была молода и влюблена, а потому пропустила его слова мимо ушей.
К моменту их знакомства, случившегося, страшно представить, год назад, она, совсем еще девчонка из маленького провинциального города, приехавшая покорять Москву, училась на втором курсе педагогического института. Вообще-то, конечно, Варя мечтала о театральных подмостках и кино, но во все профильные вузы она срезалась еще на творческих турах.
Педагогический был ее единственным шансом зацепиться в Москве, не уезжать обратно домой, а раз так, то она решила, что пусть будет педагогический. Не на завод же идти, в котором тоже обеспечивают общежитием. Нет уж, все знают, что вырваться из лимиты в люди практически невозможно, все фильм «Москва слезам не верит» смотрели.
О том, что урвать свой шанс, будучи студенткой филологического факультета, тоже не так уж и просто, никто не предупреждал.
