— До воды почти двадцать метров, и прямо под поверхностью острые камни. Смотри.
Я посмотрела вниз на волны, омывавшие выступы скалы где-то далеко внизу. От высоты у меня закружилась голова. Лу взяла меня за руку и переплела свои пальцы с моими. Приди кому-нибудь из нас сейчас мысль прыгнуть — вторая последовала бы за ней.
— Чувствуешь, как тянет? — спросила Лу.
Я кивнула. Не то чтобы я хотела умереть, однако я явно ощущала: тянет.
16
«Только не говори, что он умер», — подумала Чарли. Перед глазами у нее стояло лицо сына Андерса: взъерошенные светлые волосы, озорной взгляд — и его энергия, смелость и полное отсутствие понимания последствий.
Опасная для жизни комбинация.
— Андерс! — позвала она, выйдя вслед за ним на лестничную площадку. — Что случилось с Сэмом?
— С ним… где мой телефон?
Андерс начал ощупывать карманы брюк, хотя телефон был у него в руке.
— Он упал. Все очень серьезно.
— Он ведь не… в смысле…
Чарли почувствовала, что не в состоянии закончить фразу.
— Мария с ним в больнице. Дай мне, пожалуйста, ключи от машины.
Протянутая рука Андерса дрожала. В состоянии ли он сам доехать до Стокгольма? Она не успела додумать эту мысль до конца — он вырвал у нее из рук ключи и побежал к машине.
Достав телефон, Чарли позвонила Стине — рассказать, что случилось. Объяснила, что Андерс забрал машину и уехал обратно в Стокгольм.
Стина ответила, что может приехать и забрать ее. Она будет на месте через несколько минут.
Положив трубку, Чарли позвонила Андерсу. Занято. Тогда она набрала номер Чалле.
Голос у начальника был взволнованный, так что она сразу перешла к делу.
— Ты уже знаешь?
— Да, я только что разговаривал с Андерсом.
— Что-нибудь еще известно?
— Он сам пока ничего не знает. Буду держать тебя в курсе. Как у вас там дела?
Чарли кратко рассказала, что им удалось выяснить — об Амине, матери погибших детей, о Никласе и прежнем коллеге по бизнесу, возможно, затаившем обиду.
— У нее есть алиби? — спросил Чалле. — У уборщицы?
— Да, но у меня возникло ощущение, что она знает больше, чем рассказывает.
— А у дяди?
Чарли вспомнила растерянный вид Никласа Санделя.
— Есть, но его обеспечивает собутыльник, так что оно не стопроцентное.
— Но какие у него могут быть мотивы?
— Не знаю, — ответила Чарли. — Я просто говорю, как есть — это все, что нам удалось найти. Кстати, ему, возможно, и не нужны другие мотивы, как то, что он вмазался, его накрыло и… под кайфом люди чего только не вытворяют.
— Приглядывайте за ним, — сказал Чалле.
