— Что ты помнишь о себе прошлом?
— Благодаря тебе — мало чего, — пожал он плечами. — Знаю только то, что ты сильно постарался, чтобы избавиться от меня и забрать мою дочь. Но для чего тебе она? Обычная девочка. Или это всё для того, чтобы я служил тебе? Или же… — Михаил вдруг нахмурился. — А ведь я об этом даже и не думал… Тебя подослал император? А может даже и эта старуха из Гренландии? Они всё не уймутся в своих попытках помешать нам. Даже после смерти моей жены продолжают посылать своих людей. Даже память стёр.
Про императора понятно. У них был конфликт, а вот что за старуха из Гренландии? Родственница жены Михаила?
— Мне вот интересно, — я встал и прошёлся под внимательным взглядом Михаила. — Ты сам-то хоть понимаешь, как звучат твои слова? Как я мог бы так точно лишить тебя памяти?
Нет, мог бы, конечно, но об этом практически никому неизвестно. Точнее «старому» Михаилу было известно, но не этому, так как у него проблемы с памятью. Помнит что-то выборочно? Сомнительно.
Кто-то рассказал? Тоже сомнительно.
— Понятия не имею, — пожал он плечами. — Но ты же зачем-то отправил за мной людей, чтобы убить меня. Да и сам потом пытался преследовать. Может артефакт какой использовал.
— Преследовать? — я остановился. — Да, ты прав, я преследовал тебя. Но не ради того, чтобы убить, а чтобы спасти.
— Спасти? — хмыкнул Крылов. — От чего? От кого? От самого себя же? Я ведь остался последним, кто тебе мешал создать графство. Уж не знаю, что там между нами произошло, но ты захотел от меня избавиться, чтобы я не мешал созданию твоего графства.
Сложно… Мы словно говорим на двух разных языках.
— Повторяешься, — вернул я ухмылку. — Хорошо тебе мозги промыли. Кстати, а почему ты до сих пор не вернулся за Алисой? Уж не потому ли, что те, с кем ты уехал, не хотят, чтобы ты видел девочку? Они боятся, что ты всё вспомнишь.
— Учитывая то, какие зверства ты творишь, взять хоть тех же Устиновых, — Михаил натянуто улыбнулся, — рисковать дочкой не самая лучшая идея.
То есть они и это тоже решили использовать, чтобы запудрить ему мозги.
— Странно слышать такое, — покачал я головой и вернул ему фразу, — учитывая то, что Устиновы были уничтожены мной за то, что напали на тебя.
Я смотрел в его глаза, ожидая увидеть хоть какой-то проблеск, но всё было глухо. Как там сказал Анатолий: Гончаров его друг с училища? Естественно, он ему будет верить больше, если воспоминаний толком не осталось.
