Пока бежал по лесу, увидел пару наблюдательных вышек. Но вот впереди показалось трёхэтажное имение с довольно большой территорией внутри и высокая ограда забора, которую я не спешил пересекать, осматривая всё вокруг."
"Охраны в периметре имения было немало. Они ходили так, чтобы закрывать все бреши. Грамотный ход. Помимо них были вышки с прожекторами, которые освещали то тут, то там, а также пара нитей артефактной защиты. Правда она была расположена ещё на подступах, чтобы заранее знать о приближении.
Я резко рванул вперёд, перепрыгнул через ограду и приземлился на дорожку прямо перед одним из патрулирующих людей.
Он ошарашенно дёрнулся, я схватил его за голову и быстро стёр память об этих мгновениях и сразу побежал дальше.
Впереди были ещё несколько постов с охраной, но их я обошёл без труда. Энергию Михаила увидел ещё на подступах, поэтому не стал ни на чём акцентировать внимание, а запрыгнул на нужный балкон с открытой дверью, которая, судя по всему, и вела в его комнату.
Михаил, одетый в белую рубашку и чёрные брюки, сидел за столом в небольшой комнате и что-то чертил на бумаге.
Я окинул помещение взглядом и не смог сдержать улыбки.
Вот уж точно гениальный человек.
Пять зеркал располагались так, что как ни захочешь — не проскочишь. На входе в комнату, с балкона, были протянуты почти незаметные белые нити.
Михаил вдруг едва заметно дёрнулся и поднял взгляд от бумаги. Он повернул голову в мою сторону и наши взгляды встретились.
— Я ждал тебя, Вяземский.
Глава 22
Сюрприз
— Вяземский? — я ещё раз оглядел помещение.
— А чего так недружелюбно?
Энергоструктур больше нет рядом. Михаил в комнате один. Направил в руку энергию и разрезал нити, входя внутрь.
Михаил поднялся со стула и встал возле него, внимательно смотря на меня.
— Интересно… — пробормотал Крылов.
Я тоже разглядывал его. Всё такой же, не похудел, ран не видно, а это значит, что он здесь по собственной воле.
— Давно не виделись, Михаил, — я прижался спиной к раме окна балкона и сложил руки на груди.
— Всё ровно так, как он и говорил, — покачал Крылов головой. — Интересно, и что же мы с тобой не поделили, что ты решил меня так подставить и потом убить?
Подставить? Убить?
Я смотрел на него, не задавая этих вопросов. Он сказал, что ему об этом кто-то рассказал. Гончаров? Но почему Михаил говорит так, словно не помнит меня? Анатолий был прав, и он потерял память.
— Подставить? — всё же спросил я, так как молчание затянулось.
