Так что от гвардии василевса гвардия Сергея отличалась только отсутствием значков и плащей. И несколько более качественным вооружением. Нет, задираться с такими красавцами городская и крепостная стража рискнет только при значительном численном перевесе. И то не факт.
— Веди наверх, — велел Сергей декарху.
Через пять минут, пройдя узкими коридорами башни, они вышли на площадку последней стены, откуда открывался замечательный вид на сам Константинополь, его предместья, пролив Золотой Рог, оба берега Боспора и, разумеется, обширный лагерь русов.
Сергей не без ностальгии глядел на тесно прижавшиеся друг к другу крыши, прорезанные узкими щелями улиц, овал ипподрома с «разделительной линией», украшенной статуями и колоннами, императорский дворец с сияющей на солнце крышей, на купола Святой Софии, на тридцатипятиметровую порфировую колонну Константина Великого посреди круглой площади-форума того же имени с конной статуей первого византийского императора на вершине…
Дворцы, церкви, башни, колоннады, колоссальный мост через пролив…
Кесарьград.
Царский город. Царьград.
— Я здесь от патрикия Николая, — сказал подошедший к Сергею прилично одетый ромей, продемонстрировав перстенек с гербом, который Сергей уже видел на перстне патрикия Николая. — Спускайся… — поглядел на сопровождавший Сергея отряд и поправился: — Спускайтесь. Я вас провожу к дому господина.
Мощеные мостовые, портики, множество людей, повозки, носилки, вечная сутолока…
Сопровождающие Сергея бойцы активно вертели головами, несмотря на полцентнера дополнительного веса за спиной.
Почти все ходили с Сергеем к франкам, где тоже кое-какая имперская архитектура имелась, но в сравнении с Константинополем тот же Руан — просто деревня с частоколом вокруг.
Трани мимоходом подставил ладонь под струйку воды, льющуюся из клюва каменной птички-фонтанчика. Удовлетворенно кивнул. Пить можно.
От двух десятков вооруженных варваров римский народ шарахался. Заранее. Не дожидаясь, пока путь расчистит пара здоровяков — слуг из дома Пиперата, вышагивающих впереди.
Возы тоже поспешно сворачивали к краю улицы, один даже в сточную канаву съехал.
Пару раз навстречу попались аристократы — носилки с занавешенными окнами, с которыми просто разминулись, и кавалькада из дюжины всадников. Главный, судя по всему патрикий, придержал коня, с интересом глядя на странного иноземца, сопровождаемого огромными северянами. Сергей приветствовал его взмахом руки: равный — равного. Аристократ после секундной заминки ответил тем же.
