Вернее, на ногу, поскольку вторая конечность еще не отошла.
— Ловко! — оценил нурман, отряхивая пыль со штанов.
— А то! — горделиво изрек Дёрруд вместо Сергея. — Или ты думал, что я кому попало клятву приносить стану? Мог бы и сам сообразить. Ты не первый. Мой хёвдинг и не таких, как ты, удивлял. У него больше конунгов в друзьях, чем у тебя подчиненных, так что не переживай."
"— А я и не переживаю, — пробасил Хольмстейн. — Просто хотел убедиться, что его не прибьют.
— Убедился? — спросил Сергей.
— А то! — скопировал Дёрруда декарх.
— Вперед, этерия!
Сергей подмигнул Рёреху. Будет весело.
Такие заведения одинаковы во всем цивилизованном или умеренно цивилизованном мире. Есть различия в мебели, посуде и меню, но это детали. Главное отличие: люди пришли сюда отдохнуть. Во всех смыслах. А еще клиентура традиционно делится на постоянную и пришлую. И постоянными были те самые прасины. Зеленые. И цвета об этом сообщали, и далекие от совершенства фрески на стенах. Гонок сегодня не было.
Но все равно здесь можно было делать ставки. На будущее. Ну и прочие удовольствия: сыграть в кости, пощупать девку… Или не только пощупать. Две лестницы на второй этаж вели к местам уединения. На одной из них только что обосновался монах и принялся громко проповедовать. О кровожадных россах, что интересно. Мол, их полчища, вместе с прочими гогами и магогами, наслал на Византию Господь. За грехи. В первую очередь императорские. Где это видано, чтобы уважаемого патриарха отстраняли от поста за отказ венчать сластолюбца Льва! Да еще в четвертый раз! Сказано же, что жена у человека должна быть одна, и точка.
— Он что, серьезно насчет одной жены? — спросил Рёрех, худо-бедно разобравший смысл проповеди.
— Одна, — подтвердил Хольмстейн. — Венчаться только с одной можно по христианскому закону.
— А если не венчаться? — уточнил Рёрех.
— Тогда сколько потянешь.
— О! Я много потяну! — заявил Рёрех. — И призадумался, а потом произнес рассудительно. — От многих жен и беспокойство изрядное.
Это же не наложницы. Вон у Вартислава их две, так он их по разным городам развел, чтоб не передрались.
— Умно, — одобрил Хольмстейн. — Хотя… Ты ж вроде христианин? Нет?
— Я варяг, — сказал Сергей. — И с женами не венчался. Взял по нашему обряду.
— Тогда ладно, — согласился декарх. — Тогда у церкви претензий… — Хольмстейн использовал латинское слово, — … не будет. Иерей тебе грех блуда на год вперед отпустит за пару милиарисиев.
