— Меха есть… Кость морского зверя… Воск…
— Воск — это прекрасно! Воск я у тебя весь возьму, — заявил Пиперат. — Поднесу новому патриарху Евфимию. Автократор к нему прислушивается. Говорят, у Евфимия пророческий дар.
— Ты в это веришь? — спросил Сергей.
Патрикий пожал плечами:"
"— Не важно, во что верю я, если в это верит автократор. Но, думаю, есть основания. Если бы, не допусти того Господь, я сидел в тюрьме, ожидая, когда палач выжжет мне глаза, и кто-то предсказал мне, что я стану василевсом, я бы, пожалуй, не поверил.
Но именно это предсказал Евфимий нашему автократору. И оказался прав. А еще он в прошлом году василиссу Зою исцелил поясом Богородицы. Воистину святой человек! — Николай перекрестился. — Тебе стоит с ним познакомиться.
— Непременно, — отозвался Сергей.
А про себя подумал: не стоит. Если этот новый патриарх и впрямь видит то, что другим недоступно, то как бы он чего лишнего не углядел в нем, Сергее. Это мнение всяких ведунов-колдунов можно игнорировать. А если представителем «той стороны» его сочтет сам патриарх, о натурализации в Византии можно забыть.
И это в лучшем случае. Хотя этот тип предсказаний Сергею тоже был известен. Выгорит — станешь великим пророком. Нет — кто с тебя спросит? Запертый в монастыре калека?
[1] Его и сейчас никто не знает. Число в пределах от 250 до 500 тысяч. Для сравнения: в современном ему Париже проживало раз в пятнадцать меньше народу.
[2] Для сведения: Константин не закладывал Константинополь. Прежде этот город именовался Византием и был основан примерно за 600 лет до Р.
Х. Столицей его объявил Константин Великий тысячу лет спустя, в 330 году. И переименовал в честь себя великого. Но замечательные неприступные «Феодосиевы» стены были возведены позже, уже в начале пятого века.
[3] В описываемое время, судя по тому, что мне известно, морковь еще не культивировали. Но в диком виде употребляли.
[4] Бандафор — боцман.
Глава 25
Глава двадцать пятая. Веселье по-столичному
Прогуляться по осажденной столице? Почему бы и нет.
Тем более что осада такая… Вялотекущая. Да, часть сухопутных дорог отрезана, но морские ворота открыты. Жизнь течет своим чередом. Мастера мастерят, торговцы торгуют, бездельники бездельничают, воры… Воров такой компании можно не опасаться. Воины — не крестьяне, которые, заглядевшись, забывают о кошелях.
— Не особо, — заметил Рёрех. — Ну прыгают и прыгают. Наши скоморохи половчее здешних циркачей будут.
— Не уверен, — возразил Сергей. — Здешние циркачи многое могут.
