Наш род на нас не обрывается. Но кто теперь скажет, что творилось в его голове? Может, думал, что тогда он унаследует имущество и жены, и мое?
— А кто сейчас унаследует вот это? — рука Сергея описала полукруг.
— Я. Других наследников у сестры нет. Придется, правда, заплатить налог и еще немного сверху, чтобы не затягивалось. — И, по-своему поняв вопрос: — Засвидетельствуете, что я сказал, и я в долгу не останусь.
Сергей промолчал.
Так-то это он будет в долгу. Но если патрикий предлагает…
Тем более что долг можно возвращать не только деньгами.
Сергей посмотрел на убитую женщину. Бледное лицо в обрамлении черных кудрей. Черное на красном. Она казалась спящей. Удар спаты рассек ее горло до позвоночника, но умерла она быстро. Почти ничего не почувствовала.
Сергей тоже ничего не чувствовал. Абсолютно ничего. Эта женщина была ему чужой. И в жизни, и в смерти.
— Заверните их во что-нибудь, — велел патрикий. — А я разбужу сервов, чтобы готовили носилки.
— Сервов? — усомнился Сергей.
— Может, лучше мои люди? Слуги могут наболтать лишнего.
— Могут, — согласился патрикий. — Только кто их слушает? Вашего тоже заберите. Его тоже убил мой зять. Тем более это правда. — Поглядел на ложе, скрипнул зубами, но тут же взял себя в руки: — Белье можно отстирать, а ковер придется выбросить. Юлия бы огорчилась…
* * *Столичный квестор явился в дом патрикия Николая после полудня. С помощниками пришел. Писец и пара стражников. Квестор осмотрел тела (поверхностно), выслушал свидетелей, бросил пару слов Пиперату, и оба поднялись на второй этаж, в кабинет патрикия.
В сопровождении писца. Зафиксировать информацию.
Потом квестор ушел.
— Что теперь? — спросил Сергей.
— Теперь суд, — ответил патрикий. — Квестор свое получил. С судьей поделится. Так что долго ждать не придется.
Так и вышло.
Спустя пару часов прибежал посыльный. Суд назначили на завтра.
* * *Судопроизводство в Константинополе оказалось процессом накатанным. Кроме судьи в процессе участвовал представитель церкви.
Так положено. Во время суда церковник помалкивал. Голос подал только в самом конце.
Поскольку процесс был публичным, народу на «представление» собралось немало, больше сотни. Часть — коллеги наварха, военные моряки. Однако враждебности с их стороны Сергей не ощутил. Скорее удивление, что Перчик завалил наварха, а не наоборот. Покойник слыл выдающимся фехтовальщиком даже по завышенным столичным меркам. У Сергея есть повод гордиться.
