Щаул в потайном кармашке сапога, а Огнерожденная осталась на боевом поясе. А пояс… под кольчугой, кажется. А кольчуга, в свою очередь, под ворохом одежды.
Сергей чуть повернул голову, скосил глаза.
Так, одежда на месте. Вон шелковые исподние штаны, а поверх них белеет рубаха, которую ему вчера выдал Пиперат.
Одежда, доспехи, боевой пояс в самом низу. Сабля — при нем.
Сергей мысленно как можно подробнее структурировал, где, что и под чем лежит. Зрительная память не подвела. Он четко представил, где находится рукоять сабли.
Скатиться с кровати, придавить коленом ножны под кольчугой, выдернуть клинок, выйти перекатом в стойку…
…Сергей упал на ковер. Совсем не там, где планировал. Зато чудом избежал смерти. Удар, который должен был поразить двоих, достался только Юлии. Сергей услышал звук, с которым хорошо заточенная сталь рассекает человеческую плоть. Вскрика не было, только негромкий булькающий сип разрубленного горла.
Убийца спрыгнул с кровати на пол.
Хорошо так спрыгнул. Мягко, беззвучно. Сергей попятился.
Убийца не спешил. Позволил Сергею пожить еще немного.
— Что, варвар, понравилась тебе моя жена?
Ромей. Ну да. Что тут удивительного? Ромей в Византии. Вот это, значит, кто пришел. Нифонт. Супруг. Вернее, уже вдовец. Командир красного дромона. Что ж тебе на палубе не сиделось, наварх?
— Твоя жена? — по-ромейски произнес Сергей. — Что ж, теперь ты не женат.
— Я ее любил, — ромей сделал шаг вперед. Сергей, соответственно, назад. Держа дистанцию. Он понимал, что шансов у него немного.
Классный мечник, а ромей был именно таким, прикончит безоружного противника в ста случаях из ста.
— А она тебя нет.
— Блудливая кошка!
— Была, — уточнил Сергей.
— Была, — согласился ромей.
Света было достаточно, чтобы Сергей оценил противника. Оценка не порадовала. Мастер.
— Я не брал ее силой, — сказал Сергей, отступая еще на шаг. — Я не беру женщин, которые меня не хотят.
— Редкость для варвара. Как и твой ромейский выговор.
Голос спокойный. И это тоже не радует. Либо соврал насчет «любил», либо безупречный контроль.
— Мой ромейский что-то меняет? Для нас?
Теперь понятно, почему пропал меч. Но о сабле ромей мог и не знать. Визуально ее не обнаружить. Сергей сместился вправо. Ромей тоже.
Сергей медленно толкнул ногой ворох одежды. «Позаботился» ли ромей о сабле?
Они с навархом будто связаны невидимой нитью. Той, что всегда соединяет опытных бойцов. Один сдвинется, потянет, другой тут же почувствует. Сейчас длину этой нити определял ромей.
