Хотя, справедливости ради, стоит заметить, что кое-какие взвары, настойки и медовухи, которые мы попробовали, мне даже понравились. Но это скорее — исключения. Одним словом — к такому рациону мы были совершенно не привычны. Не удивительно, что в результате такого питания, мы первое время страдали расстройствами желудка и не слезали с унитаза… одновременно привыкая обходиться без туалетной бумаги.
— Тяжело в учении — легко в бою! — поддерживал нас Железков. — Пусть лучше сейчас ЗДЕСЬ перестрадаете, чем потом — ТАМ.
Нужно адаптироваться.
Случались и забавные казусы. Наши старинные портки, в которых мы постоянно щеголяли, держались на специальных завязках. Крючки, пуговицы или, упаси Боже — «молнии», им никак не полагались. А завязки — вещь не всегда надёжная. Они могут порваться или же банально развязаться. Вот и однажды, во время одного из наших тренировочных боёв на мечах, они предательски развязались на штанах Лёни и сползли. Наш доблестный спецназовец, в пылу схватки не сразу это заметил, а потому, запутавшись в собственных портках, загремел на пол.
При этом — замечательно сверкнул голой задницей, ибо трусы нам тоже были не положены. А произошло всё это прямо на глазах нескольких женщин-лаборанток, отвечавших за реквизит…. Конфуз!
Я вообще молчу про верховую езду. Это — отдельная песня. Мало того, что я в первый же день с непривычки отбил и натёр себе всю задницу, так ещё эта чёртова лошадь меня чуть не цапнула. Ну, прямо, как собака… Видимо что-то ей не понравилось. Еле успел увернуться.
У них оказывается тоже есть свой нрав и характер, зачастую весьма даже противный. А бедному Вячеславу повезло ещё меньше. Он с лошади вообще грохнулся. Слава Богу всё обошлось без серьёзных травм. Отделался лишь синяками и ссадинами. Да уж…, виртуозные навыки вождения автомобиля в Древней Руси будут совершенно бесполезны, зато русич, не умеющий ездить верхом или управлять повозкой — это недопустимая аномалия.
Короче — одно сплошное мучение. Хорошо ещё, что все эти страдания приходилось терпеть только в рабочее время и за закрытыми дверями.
В свободное время можно было вновь становиться самим собой. Правда, волосы и бороды пришлось отпустить. В результате чего, очень непривычно было видеть своё отражение в зеркале.
Так и пролетали дни. А ещё, в промежутках между «тренировками», мы с Викой, подыскивали себе жильё. Всё время жить в маленьких гостевых комнатках «конторы» было не очень удобно. Да и не рассчитаны они были для постоянного проживания.
