Антуанетта старалась избегать встречи с Жаном-Филиппом, но если уж сталкивалась - то он всегда был с ней издевательски любезен.
А потом умерла Анжелика, и оказалось, что она всем была нужна живой. И ей, и Жакетте, и монсеньору Анри. Его друзьям же было нужно, чтобы у него всё было хорошо, тогда он и с ними поделится. Вот сумасшедший Орельен и нашёл сумасшедший выход, такое могло прийти в голову только безумному магу, но никак не нормальному человеку.
Найти где-то, в чужом мире, девушку, необыкновенно похожую на Анжелику, и обменять её на хладное тело? Пожалуйста, со всем нашим уважением.
А то, что эта девушка там неизвестно, под каким забором росла и воспитывалась - это, скажите, как? И что с ней такой теперь делать, и как её людям показывать?
Самым страшным, на взгляд Антуанетты, грехом Анжелики приблудной было то, что она со всеми вела себя, как с ровней. Ей не было дела - принц перед ней или камеристка. А ей ведь идти замуж за одного из первых вельмож королевства! То есть - быть представленной его величеству и всей его семье! А с неё станется сказать королю «Ты чего вообще», или попытаться разбить нос кому-нибудь из придворных за косой взгляд, а косых взглядов там будет предостаточно, Антуанетта не сомневалась.
Но больше всего на свете Антуанетте не хотелось возвращаться в дом дядюшки Гастона. Поэтому - она будет воспитывать эту ужасную девицу, и сделает из неё благородную даму, чего бы ей это не стоило. Правда, о магии она не знает ничего, но на то есть Орельен, пусть отдувается.
Была ещё одна причина, по которой Антуанетте никак не хотелось покидать Лимейский замок. Но в этой причине она толком не могла признаться даже себе.
Антуанетта отпихнула от себя обе глупые книги - да что они вообще знают о жизни, эти сочинители? Поплакала немного и позвала найденную Жакеттой служанку - готовиться ко сну.
22. Лика. Целители
Лика проснулась, как обычно - от того, что кто-то долбился в дверь. Кто-кто, Туанетта, ясен перец. Ох, что ж так плохо-то, думала она, пока Жакетта скатывалась с постели и отпирала дверь.
Будто вчера бухали до потери пульса, потому что голова кружится, стоит её только от подушки отодрать, и тошнит.
- Не буду вставать, - еле вышептала Лика подошедшей Туанетте. - Что хотите делайте -не буду. Плохо мне.
- Жакетта, почему госпоже Анжелике плохо?
- Так вы ж помните, что вчера было! Теперь госпоже дня три лежать, не меньше, пока не восстановится после спонтанного-то выброса.
Тьфу, точно.
