Шаги и впрямь оказались несложными, хоть Лика до того и не была знакома с южными балетти.
Дамы должны были исполнить первую часть танца, а следом выходили кавалеры и танцевали вторую. Вторая выглядела посложнее - они должны были быстрее двигаться и быстрее шевелить факелом, но для парней, которые с детских лет фехтовальщики, в этом не было ничего сложного. Они всё передавали, куда надо, и везде успевали, и им не доставалось ехидных комментариев господина Чезаре вроде «госпожа графиня, вы опять сожгли себе юбку, а сейчас ещё и волосы её высочеству Клотильде».
Всё было бы ничего, но среди участвующих в танце парней были оба брата принцессы -Генрих и Франсуа. Оба они остались недовольны Ликой после первого бала, одному она недосказала комплиментов, а второго они с Саважем обломили с вольтой. Кроме того, обоих на репетицию сопровождали их люди, и среди команды Генриха Лика в первый же день увидела Кретина, то есть Кретьена, де Во. Он стоял вместе с его высочеством в первой паре и очень уж похабно скалил на неё зубы, а ещё пару раз наступил на подол платья.
Вечером дома Лика нажаловалась. Анри сказал, что поговорит на следующий день с принцем. Лика подумала про себя, что это мёртвому припарки, но промолчала. Орельен предложил превратить его в жабу. Лика сказала, что это, наверное, чрезмерно, и их всех оптом обвинят в какой-нибудь противозаконной ерунде. Саваж не сказал ничего, только усмехнулся.
На следующий день Кретин был особенно липуч. Более того, после репетиции обычно ещё танцевали какие-нибудь другие танцы - просто для удовольствия, раз уж есть компания и музыканты.
Так вот, Кретин ещё и попытался вытащить Лику на гальярду против её желания - обломился, конечно, она отказала, и ещё добавила болевой импульс -она научилась этой полезной фишке совсем недавно, надо ж её на ком-то тренировать. И вечером снова рассказала о своих успехах - то есть о том, что Кретин жив и здравствует.
На следующее утро он пришёл с роскошным, великолепным, невероятным фонарём ровно на половину наглой рожи.
Принц Генрих был весьма недоволен этим фактом и выставил его из танца, заменив кем-то ещё, Лике незнакомым. А Лика торжествовала, да и не только она - Кретина в целом не любили. Более того, принц выговаривал ему, что надо было не кулаками, как подлый сброд, а оружием, но тот ответил что-то вроде - кто бы мог подумать, что тот наглый тип в маске и длинном плаще окажется таким сильным.
Больше он на репетиции не приходил.
