Они обнялись и радостно колотили друг друга по спине - и ничего удивительного, эти двое - давние друзья, у них много общих воспоминаний, причём в том числе таких, каких бы Анри себе и не хотел. Давно, лет семь-восемь тому, оба они под началом отца Лионеля, герцога де Вьевилля, тогда - маршала его величества, отправились на Юг, где воевали сначала на суше, потом на море, а потом попали в плен к пиратам. Откуда оба чудом спаслись, и потом два года служили в тех землях - больно уж хорошее место попалось, а ещё - чтоб набраться опыта.
Вернулись с деньгами и трофеями, и тогда-то, по возвращению, Лионель познакомил Анри с Жаном-Филиппом, сказав, что тот хорош необыкновенно - и как воин, и как друг. Так и вышло.
Сошлись на том, что встреча через полчаса в малой гостиной, а пока - всем привести себя в должный вид после дороги и мельницы.
Анри появился первым - уж наверное, из тех двоих кто-то зашёл к кому-то, и они нашли, что обсудить.
Но нет - появился Жан-Филипп. Чист и подтянут. И только потом - Лионель.
Уже облачённый, как то подобает духовному лицу - в черное, отчего кажется ещё выше и стройнее.
- Рассказывай, - Анри разлил вино.
Пока он распорядился подать лёгкий перекус, а подобающая случаю трапеза будет позже.
- Его величество передавал свои поздравления тебе и твоей невесте, велел сказать, что молился за её выздоровление, и за твоё здоровье тоже, и напомнить, что желает видеть вас обоих не позже, чем за три дня до бракосочетания её высочества Марго.
- Моя благодарность его величеству, - почтительно кивнул Анри.
Король есть король, даже если в детстве ты побеждал его в играх и бил в драках.
- А теперь - не столь приятные известия, - впрочем, Лионель и самые гадкие известия будет излагать спокойно и бесстрастно. - Твой нелюбимый дядюшка Жиль. Или даже -наш нелюбимый дядюшка Жиль.
Действительно, Жиль де Роган такой же брат её высочеству Катрин, как и его высочеству Франциску.
- И что он? - нахмурился Анри.
Понятно, что тот не сидит без дела, но что ему ещё надо?
- Он свёл короткое знакомство с мадам Екатериной.
- Вот не было печали, - пробормотал молчавший до того Жан-Филипп.
Мадам Екатерина, точнее - её величество королева-мать, была дамой образованной и магически одарённой. Она крепко держала в руках все государственные дела - потому что Карл, милостию господней король, не испытывал к ним никакого интереса. Или наоборот
- он не испытывал интереса потому, что его матушка всегда стремилась решать всё сама.
