И отлично, что у Васильевой вместо мозга солома, ей не пришло в голову попросить понюхать духи!"
"Снова последовала пауза, но вскоре опять раздался голос Аллы Петровны:
– Спасибо, что сказала про парфюм. Есть у меня такая слабость. На основной работе недопустимы никакие посторонние запахи, эксперт не имеет права пользоваться одеколоном и иже с ним. А вот в свободное время щедро им прыскаю. Ошибка поступать так, когда берешь частный заказ. Спасибо, что выручила, очень тебе благодарна.
– Пожалуйста, – уже другим тоном отозвалась Анна.
– Флора и Роза ведь не сестры?
– По матери они родные, а по отцу нет. Флора родилась, когда Константин, превратившись в Василия, уже жил с Авдотьей. Роза появилась на свет еще позднее. Не знаю, от кого девочки, но они точно не внучки Андрея Зимина.
Звук пропал. Когда пауза затянулась, я удивилась:
– А дальше что?
– Ничего, конец информации, – пояснил Кузя.
– Я получу свои деньги? – оживилась Киселева.
– Они уже у вас на карте, – буркнул Кузя.
Девушка взяла телефон, потом улыбнулась и молча убежала.
Мы некоторое время сидели молча, потом полковник возмутился:
– Анна наняла Аллу Петровну, но сотрудник бригады не имеет права брать частные заказы. Непременно сообщу о поведении дамочки Ивану Никифоровичу! Неприятный осадочек остался от прослушанной беседы! Кузя, напиши Филиппу, попроси его немедленно приехать.
– Умчалась Киселева, – констатировал Сеня, глядя в окно, – побежала в сторону охраны. Вроде симпатичная девушка, а…
– С такой даже разговаривать не захочется, – перебил его Кузя.
– Жаль, что внешность порой не соответствует внутреннему содержанию.
– Если хочешь узнать человека, надо с ним не один год вместе провести, – менторски объявил полковник. – Хотя… Мы с Дашей давно дружим, а я в ней постоянно нахожу новые грани.
– Кто-то съел все курабье, которое я вчера испекла! – крикнула со второго этажа Марина. – Подчистую! Даже тарелку вылизал! Нина мне на «Ватсап» написала только что. Там лежало чуть больше полкило. Интересно, кто у нас обжора?
– Честное слово, не я, – быстро произнес Кузя.
– Выпечку могу в себя уложить, но полировать посуду языком – не мое хобби.
– Я не о тебе думала, когда сейчас про курабье говорила, – прищурилась жена полковника.
– Намек понял, но имею железобетонное алиби, – начал сердиться толстяк.
– И какое?
– Не люблю печенье. И…
Договорить Дегтярев не сумел. В офис вылетела Марина с воплем:
– Дашута, прячься, Кракозябра здесь! – И забилась под стол.
