– Я хотел бы уточнить кое-что, – вмешался Анри. – Зачем отчим вообще взял вас с собой в гости к Лили?
– Он считал, что мне необходимо развеяться. В Париже во время войны было не слишком весело.
– Или он хотел возобновить отношения с Лили, а вы должны были в случае чего подтвердить матери, что между ними ничего не было?
– До чего же вы въедливы, – вздохнул Эрнест. – Вы так спрашиваете меня, словно я знаю, что у моего отчима было в голове. По-моему, его забавляла мысль свести меня с Лили. Он лелеял мысль воспитать меня по своему вкусу… сделать из меня некое подобие себя самого.
Только вот такие щенки, как я, Лили никогда по-настоящему не интересовали. Она называла щенками слишком молодых людей, – пояснил Эрнест, – вроде меня или Жана Майена. Этот дурачок вообще был от нее без ума…
– Он сильно ее ревновал?
Замечательная постановка вопроса, помыслил Анри, с уважением глядя на Амалию. Не ревновал ли вообще, а сильно ли ревновал – чувствуете разницу?
– Он даже не пытался ее ревновать, – без малейшего колебания ответил Эрнест.
– Жан, знаете ли, такой книжный юноша. Он в детстве болел, постоянно лежал в постели и только и делал, что читал книжки. По-моему, он вообразил, что встретил Прекрасную Даму, только вот на эту роль он избрал совершенно неподходящую особу – я говорю о Лили, конечно. Вряд ли Жан это понимал, хотя я не исключаю, что он просто не обращал на реальность внимания – ему вполне достаточно было его фантазий.
– Если бы Лили Понс убили и вам пришлось бы указать на убийцу, о ком вы бы подумали в первую очередь? – спросила Амалия.
– Умно, – пробормотал Эрнест, потирая рукой подбородок и пристально глядя на Амалию, – очень умно. Думаю, я бы поставил на Андре Делотра.
– Почему?
– Потому что он такой сухарь и такой правильный – даже жене не изменяет. Человек не может быть настолько правильным. Это во-первых, а во-вторых, после смерти Лили они с братцем и адвокатом Гийо провернули славную штуку с завещанием.
– Тогда, может быть, ее убил Жером Делотр? – поинтересовался Анри.
– Жером? – Эрнест задумался. – Нет. Этот человек не на своем месте и не в своей тарелке. Он с детства мечтал стать художником, но родители настояли, чтобы он занялся бизнесом. В результате в мире стало одним плохим художником меньше и одним плохим дельцом больше. Тем не менее он понемногу продолжает рисовать и, как и всякий художник, способен убить лишь того, кто скажет, что его картина никуда не годится.
