К сожалению, Мартелл увязался за вами, и, чтобы он не выдал вас, вы убили его… А гости Лили, сбитые с толку словами Рошара, что Гектор не смог взять след, решили, что убийца кто-то из них. Наиболее правдоподобной казалась кандидатура Жана Майена, потому что именно он нашел умирающую, но, с другой стороны, они же не были идиотами и понимали, что молодой человек надел бы что-нибудь получше, чем смешная полосатая пижама, отправляясь к даме своего сердца…
– Должен с прискорбием заметить, что вы напоминаете мне моего бывшего тестя, – холодно сказал Леон Жерве.
– Который каждую субботу кричит под моими окнами: «Чтоб у тебя отсохла правая рука! Чтоб каждая ступенька твоей жизненной лестницы оказалась трухлявой!» – и прочие прелести в том же роде. Да будет вам известно, что в декабре 1915 года я находился слишком далеко от замка Поршер, чтобы лазить по веревкам в окна к женщинам, которые мне даром не нужны!
– Это сейчас она, может быть, вам не нужна, – спокойно заметила Амалия, – а тогда вы видели в ее деньгах средство для осуществления своей мечты.
Будь Лили ваша, вы купили бы театр, ставили бы пьесы, которые вам нравятся, и процветали бы. Но она поссорилась с вами и не желала больше вас знать. Будь она бедна, вы бы это пережили, но упустить деньги Робера Делотра вы не могли. И хотя вы убили Лили случайно, в порыве ярости, это было убийство не из-за любви, а из-за денег. Что же касается того, где вы были в конце декабря 1915 года, то вы лжете. Вы находились в Туре и оттуда же слали ей письма.
Даже горничная запомнила, что вы были там, потому что хозяйка приказала ей письма из Тура сразу же выбрасывать… и это были письма именно от вас.
– Я не…
– О да, вы лжете, месье, вы все время лжете, но ваша ложь постоянно выдает вас. Все началось с того, что вы назвали Поршер замком с фонтаном. Фонтан там устроили только по распоряжению Лили Понс. Откуда вы могли знать об этом, если вы там не были? Вам кто-то сказал? Но у кого еще хватило бы духу забраться по веревкам в окно Лили Понс? Только человеку, выступавшему в цирке! Вы уверяли меня, что писали Лили в Поршер только дважды, но ведь писем от вас было гораздо больше.
А вот, не угодно ли, открытка, на которой вы изображены в военной форме. Сентябрь 1915-го, – говоря, Амалия показала фотооткрытку, на которой совершенно неотразимый Леон Жерве ненавязчиво демонстрировал свои кольца. – Я думаю, вот они, орудия убийства. И ведь вы больше не носите ни одного из них.
