Это Вы о Льве Павловиче? — отставив кофе, с удвоенным вниманием рассматриваю старичка.
Он, поджав губы, коротко кивает."
"— О нём, ироде.
Становится немного обидно за Льва, но зная каким он может быть, я все же решаюсь уточнить причины столь резких высказываний в его адрес.
— Он Вас как-то обидел?
Хмыкнув, старичок гордо вскидывает подбородок.
— Обидел… я не малец, чтобы меня обижать. Он сделал нечто гораздо более ужасное. Если вы собираетесь к нему на встречу, советую нанять хорошего адвоката, потому что, однажды попав к нему на крючок, вы уже не сорветесь.
— Я не очень понимаю о чём Вы, — хмурюсь, пытаясь представить, как этот, на первый взгляд, безобидный человек может быть связан со Львом.
— Этот… вандал отнимает у меня единственное, что для меня имеет значение, — выдаёт он с горечью, отвечая на мой незаданный вопрос. — Вместо того, чтобы помочь, пойти на уступку, согласиться на слияние, он готов поглотить фирму, которую мой отец создал с нуля.
— Что значит поглотить? — пересаживаюсь к нему на диван, потому что мне всегда удобнее разговаривать с людьми на близком расстоянии.
— Ох, деточка, мала ты еще, не знаешь, как в жизни бывает. А бывает так, что вкладываешь все силы в дело, все средства, всё своё время. Так и мой отец когда-то вложился. Создал семейную фабрику по изготовлению мебели. К нам весь город приходил заказывать кресла-качалки, стулья, столы, комоды. Отец был мастером на все руки, и меня всему научил. На нашей фабрике работают таланты, — вскидывает руку, придавая этому слову гордости, — мы же все делаем руками.
Каждый человек, что работает на меня, уже часть семьи. Ведь другой у меня нет. Я всё положил на эту фабрику. Всё свободное время в неё влил, оставшись в полном одиночестве. Ни детей, ни внуков, ни-ко-го, — произносит с отчаяньем по слогам. — И что теперь? Детище моего отца, моё детище, уйдёт этому…изуверу, а он сотрёт его с лица земли, как и не было. Уничтожит единственное, что для меня имеет значение.
— Подождите, — пытаюсь осмыслить услышанное, — как это уйдёт? Почему?
— Потому что заказов стало катастрофически мало.
Те единицы, что еще верны мне, это те, кто с фабрикой с первых дней ее существования, а сама понимаешь, нас таких осталось немного. Теперь все ценят в заказе скорость выполнения, а не качество. Этим мы, как раз, похвастаться не можем. У меня огромные долги, банки от меня отворачиваются, кредиты не дают, а деньги, как известно, с потолка не падают. Вот и приходится выставлять фабрику на продажу.
