Увидел и замер, не в силах оторваться от открывшейся взору картины. На фоне большой и круглой Луны, сияющей на бархатном небосклоне, стояла, кутаясь в меховое манто, девушка, в руках которой горел настольный светильник. От холодного света лицо ее казалось неестественно бледным, а по выбившимся из-под капюшона волосам и короткому ворсу меха скользили голубые блики. Ночь прятала краски, погружая мир в серые тона, а зарево, окружавшее стеклянный шар на металлической подставке, добавляло унылым цветам волшебной лазури, превращая обычную девушку на краю горного выступа в сказочную фею, вокруг которой водили хороводы три призрачных духа.
Именно такая ассоциация возникла в голове снежного лорда при взгляде на нее. Он словно вновь окунулся в далекое детство, когда мама была не требовательной наставницей и хладнокровным регентом, а просто мамой, и перед сном читала своему маленькому сынишке сказки о волшебных созданиях из удивительной страны грез. Именно такими неестественно прекрасными, хрупкими и невинными когда-то давно он представлял книжных героинь.
И сейчас, неотрывно глядя на живое воплощение своих детских фантазий, невольно подумал, что невысокая фигурка, подсвеченная серебристо-голубым светом, всего лишь видение, рожденное его воображением.
Но стоило присмотреться к ней повнимательнее, как стало понятно, что девушка вовсе не призрак, а вполне себе живой человек. Лорд пусть не сразу, но признал манто Бригиты, подаренное ей Кайлином, и ночник из комнаты бывшей любовницы друга.
Но новая обладательница всех этих вещей ничем не напоминала прежнюю. Пока мужчина ее разглядывал, потихоньку спускаясь вниз, девчонка, шикнув на одного из духов, наклонилась, подняла с камня бутылку, которую лорд поначалу не заметил, и, пригубив вина, резко крутанулась на месте.
Гидеон рванул вниз с такой скоростью, что в ушах засвистело, на ходу сплетая заклинание «ловчей сети». Но, к счастью, пьяную любительницу ночных прогулок спасать не пришлось, потому что падение со скалы в ее планы не входило.
Стояла она, как выяснилось, на достаточном расстоянии от обрыва. И единственное, что туда полетело, — это недопитая бутылка красного вина. Девушка же, чуть пошатываясь, направилась в сопровождении духов к лестнице, с которой на каменную площадку как раз сбегал перепугавшийся за нее страж.
Руки моментально изменили морозное плетение, и на вскрикнувшую от неожиданности гулену вместо «ловчей сети» опустилась «паутина снов».
