— Просто я хочу, чтобы слуги в моем доме подчинялись мне, а не кому-то там…
— Я не кто-то там, мой мальчик, — развернувшись к нему, сказала регент. — Я ваш со Снежкой опекун, — напомнила она.
— Мы давно не дети, миледи, — парировал молодой лорд, — чтобы нас опекать.
— Для родителей их чада всегда остаются детьми, — вновь обратив свой взор на зеркало, отозвалась Индэгра. — А вы для меня все трое как родные. Так что хватит спорить, иди лучше отдохни. Сегодняшнее дежурство вашей пятерки было на редкость паршивым.
— Никто не погиб и даже не ранен — дежурство как дежурство. А то, что демоны сменили тактику, так давно следовало ожидать чего-то подобного.
— Вот над этим и поразмысли на досуге! — назидательно рекомендовала регент. — А не над тем, как, пользуясь властью хозяина, принудить к сожительству очередную смазливую служанку, — с холодной усмешкой поддела она его.
— А знаете, ваша светлость, — неожиданно развеселился лорд, — может, вы и правы. Принуждение это так низко, просто и скучно.
Куда приятней решать задачки посложнее.
— Ну, решай, решай… только не увлекайся сильно, а то и эту экономку придется отправить восвояси, если она станет слишком отвлекать тебя от подготовки к испытаниям.
— Отнюдь! — возразил Дигрэ. — Охота распаляет азарт и будоражит кровь, успокоить которую могут как страстные ласки строптивой служанки, так и активные тренировки в зале. Надеюсь, Гидеон составит мне компанию?
— В охмурении Гертруды? — Женщина рассмеялась.
— Сомневаюсь, зная его щепетильность в отношении слуг. А насчет спаррингов и ледяной полосы препятствий сам с ним разговаривай. Я буду только рада, если вы займетесь подготовкой друг друга. Кто бы из вас ни получил эскалибриум в ледяных чертогах, я буду выдвигать его кандидатуру на пост эррисара.
— Гидеон не потянет эту должность — слишком мягкий.
— Согласна. Но и ты не идеален, Кайл, — вздохнула Индэгра.
— Не идеален, но стремлюсь к тому… вашими стараниями, миледи! — насмешливо заявил мужчина и, отвесив регенту шутовской поклон, вышел.
"
"А Индэгра, закрыв с помощью чар дверь, вновь вернулась к волшебному зеркалу и прошептала слова вызова духа, заключенного артефактором в магически закаленное стекло. Отражение ее задумчивого лица смазалось, поплыло, а потом и вовсе растаяло в туманной дымке. Из нее вскоре проступили призрачные черты похожего на маску лица, на котором горели синим огнем два раскосых глаза.
