И, сбитая с толку поведением Рида, прямо спросила, не розыгрыш ли это, и если нет, то как отреагируют на его выбор миледи, другие лорды… все? На что мужчина загадочно улыбнулся, притянул меня к себе и… больше я ни о чем не спрашивала. А когда наконец отдышалась и немного успокоилась после очередного головокружительного поцелуя, услышала то, что повергло меня в еще большую растерянность.
— Если нет желания выходить за такого, как я, просто скажи, — проговорил Гидеон и уставился на меня, ожидая ответа.
Мне хотелось объяснить ему, что он не прав.
Передать, что я испытываю к нему и как сильно он мне нужен. Что готова жертвовать многим ради него… ради нас! Но правильные слова никак не подбирались, и я медлила, кусая припухшие от любовных игр губы, а улыбка, кривящая уголок мужского рта, становилась все более понимающей."
"«Да просто поцелуй его и все, бестолочь!» — взвыл Чарчис, которого хаос, творящийся в моих мыслях, утомил не меньше, чем наше с Ридом затянувшееся свидание.
И я послушалась, вложив в свой неумелый, но искренний порыв все свои чувства, желания и мечты.
Отпустил меня жених только под утро, и лишь потому, что я не хотела попадаться на глаза проснувшейся прислуге. Гидеон порывался проводить свою тайную невесту до спальни, но я под ментальным руководством Чарчиса не позволила. Хотя из башни лорд все равно меня вывел, заявив, что боится отпускать девушку одну на крутую лестницу после бокала вина. И хоть я понимала, что это всего лишь повод, противиться не стала.
Ну а дальше уже шла одна по погруженному в полумрак замку, где все, как мне думалось, спали, и без конца любовалась сверкающим на руке камнем, слушая насмешливое хмыканье неугомонного духа.
Перстень, который благодаря волшебным свойствам легко подстроился под нужный размер и теперь, казалось, был естественным продолжением моего пальца, снимать не хотелось, но по совету Чарчиса мы с Ридом решили не афишировать наши планы до конца испытаний, чтобы не баламутить народ неожиданной новостью.
Во-первых, совсем недавно стражи проводили в последний путь погибших собратьев, и некоторые семьи носили по ним траур, во-вторых, обстановка после прорыва в поднебесье была напряженная, да и грядущие испытания отнимали много внимания, так что нас просто не поняли бы.
Ну а в-третьих, я по-прежнему опасалась, что миледи устроит сыну взбучку за то, что он предпочел Снежане какую-то провинциальную леди, нам же с Гидеоном сейчас лишние проблемы были ни к чему.
