Тишина, воцарившаяся в момент прибытия визитеров, взорвалась приветственными криками, и снежная леди, обратив свой взор на собравшийся тут народ, поднялась и приветственно помахала всем рукой, затянутой в тонкую перчатку.
Эта леди была восхитительна и неприступна! Красивая и в то же время холодная, она всем своим видом давала понять подданным снежного крыла, что не брезгует ими, но в то же время до общения с простыми смертными снисходить явно не собиралась. Все, что ее интересовало — это новая молодая служанка, о которой говорилось в объявлениях, развешанных по городу.
Именно за ней блондинка и приехала, и именно ее цепкий взгляд женщины сейчас выбирал из двенадцати претенденток, стоящих в ряд и внимательно изучающих потенциальную хозяйку."
"Тиль среди своих соперниц выделялась не только красотой, но и нарядом, который сегодня не пестрел разными цветами радуги, как большинство ее бальных платьев, а переливался от насыщенно-синего до чернильно-черного, что выгодно контрастировало с золотом волос.
И снежная леди, как и рассчитывала мачеха, обратила внимание прежде всего на Клотильду. Если обычно в объявлениях о найме слуг главными характеристиками будущих работников числились трудолюбие, опыт и прочее, то нынче требовалась прежде всего красота, и только после упоминались ум, манеры и готовность освоить любую профессию. То ли лицезреть страшненьких слуг магам надоело, то ли в обязанности выбранной претендентки должны были входить не только уборка, стирка, готовка (или что там обычно делают горничные в огромных ледяных замках?), но и то, о чем не принято говорить вслух в приличном обществе.
Как знать, может, у явившейся на отбор леди есть сын, брат или, не приведи Сияющий, муж, которому одиноко в холодной постели. А девчонки-дурочки будто и не замечали подвох нынешних выборов, стояли, будто невесты на выданье, и поглядывали друг на друга как на заклятых врагов. Неужели так охота стать игрушкой в руках стражей? Впрочем, если мои мысли верны, Тиль роль фаворитки богатого аристократа подошла бы куда лучше, чем должность домработницы.
Вот только рассчитывала она на статус законной жены, а не на участь постельной грелки. И, зная сводную сестру, я допускала, что ей вполне удастся этого добиться. При любом раскладе Клотильда уже два года как была совершеннолетней, а значит, имела полное право выбирать свой жизненный путь сама, раз уж вариант свадьбы с кем-то из горожан ее не прельстил.
