И если во мне есть хоть капля уважения и благодарности к этому мужчине, я должна оставить его в покое. Будто я ему прохода не даю, право слово!"
"Именно так я Дигрэ и сказала, когда он наконец закончил свою пламенную речь. Но, судя по выражению лица, лорд не очень-то мне поверил. А я от его слов почувствовала себя приставучей девкой, которая бессовестно навязывается хорошему человеку, пользуясь его благородством. Ведь Кайл в чем-то действительно прав: Гидеон слишком много для меня вчера сделал, и я втайне начала надеяться, что дело не только в его доброте, но и во мне.
Хотелось нравиться мужчине, который запал в душу. А про то, что у него своя жизнь, планы, обязанности и прочее, я как-то позабыла, мечтая о случайной встрече в замке Рид. А он, оказывается, еще и болен. О Сияющий! Наверняка удлиняющиеся когти и морозная вязь по коже как раз и были проявлением демонической болезни, а я, глупая, решила, что мужчина просто вышел из себя и потому частично выпустил свою вторую ипостась.
Кайл еще что-то говорил, но я слушала вполуха, думая о Гидеоне.
И из размышлений вышла, только когда страж пощелкал пальцами перед моим лицом. Виновато улыбнувшись, извинилась. На что Дигрэ вздохнул, качнул головой и, видимо, решив поднять мне настроение, заметно упавшее после его речей, позвал отправиться с ним на бал. Это было… неожиданно. Настолько неожиданно, что я даже малость растерялась. Но, быстро справившись с удивлением, вежливо отказалась от столь лестного предложения. На что Кайлин, прищурившись, уточнил:
— Неужели я настолько тебе противен?
— Дело не в вас, лорд, — честно ответила я.
— Просто меня уже пригласили на этот бал.
— Гидеон?! — взвился мужчина, вскочив с кресла, на котором сидел.
— Нет, — вжав голову в плечи от его бурной реакции, ответила я. — Ваша сестра Снежана.
— А! — как-то разом успокоился Дигрэ и даже улыбнулся мне, а потом сделал то, что снова вызвало у меня удивление, — он извинился. За свою нервозность, вызванную беспокойством за друга, за попытки ко мне подкатить как к обычной служанке, в то время как я достойна совсем другого обращения и не только потому, что благородного происхождения, и за то, что, по-видимому, напугал меня своим желанием забрать Хельгу из родительского дома.
На деле же маг не хотел ничего плохого ни девочке, ни тем более мне, просто, будучи в Снежном Доле, решил посмотреть, где я живу, и, познакомившись с малышкой и ее мамой, взбесился из-за отношения Ингрид к собственному ребенку.
