Сейчас же мои мечты были куда прозаичнее. Все, чего мне хотелось, — это избежать встречи Гидеона с мачехой и пьяницей-отцом.
Но достойная причина, способная убедить его не заходить в дом, почему-то не придумывалась, а открыть правду мужчине, который был столь добр ко мне, оказалось выше моих сил. То, что мачеха, увидев меня, начнет привычно отдавать распоряжения, я не сомневалась. Ведь для нее я служанка. Но для него-то леди! И как изменится его отношение после того, как он узнает о моей жизни в поместье, — неизвестно.
Да и папа, если окажется дома, вряд ли произведет на лорда хорошее впечатление своей оплывшей физиономией и запахом перегара. Но говорить обо всем этом я не желала так же сильно, как и показывать свой дом с его обитателями Риду.
Только что тогда ему сказать, чтобы он не подумал лишнего? Вдруг лорд сочтет меня негостеприимной и, что хуже, неблагодарной? Ведь он до самого вечера возился со мной, как с маленькой, заплатил явно большие деньги за Ласкара с Кэрри, которых отдал мне, даже не потребовав ничего взамен, разве что попросил быть с ними осторожней и, если что, сообщить ему о проступках моих новых питомцев.
А им, зная, что они прекрасно понимают человеческую речь, что-то шепнул, отчего оба образца, счастливо избежавшие уничтожения, притихли и даже пирожные не стали доедать, предложив оставшиеся три «корзиночки» мне. Одну я съела по дороге, а две так и лежали в коробке, дожидаясь своей участи."
"И вот теперь мы вчетвером сидели в карете рядом с кованой оградой, за которой раскинулся цветущий сад, и… молчали.
Я теребила в руках свой несчастный подол и нервно покусывала губы, а Рид, скрестив на груди руки, задумчиво смотрел на меня. Бикаслус же с Кэрри все так же изображали прилежных пассажиров и даже не шевелились, увлеченные этой ролью.
— Знаешь, фея, — первым нарушил затянувшуюся паузу мужчина, — такое чувство, что ты что-то хочешь мне сказать.
Действительно! У меня это на лице небось крупными буквами написано… еще бы решить, что именно говорить?
— Ваша светлость, — начала я, по-прежнему не определившись с байкой для лорда, которая должна помешать его знакомству с моей родней, — а… вы, наверное, проголодались? Вечер же уже! — выпалила я на одном дыхании.
— Во-первых, мы с тобой, помнится, переходили на «ты». — Уголки его губ чуть поднялись, запечатлев легкую улыбку. — А во-вторых… это можно рассматривать как приглашение на ужин, леди? — спросил он, а я окончательно расстроилась.
