— А очень просто. Пессимист видит в туннеле мрак. Оптимист — свет в конце туннеля, а реалист — мчащийся на него поезд. Одна случайность…
— Саша, ты же в университете Гегеля изучал? — спросил Ельцов.
— Когда это было.
— По Гегелю, случайность — непознанная необходимость. Ладно, обойдемся без философских определений, перейдем к делу. — Игорь Дмитриевич достал из кармана начерченный им план переулка. — Операция будет проходить здесь.
* * *А Ястреб все-таки угодил в больницу. После разборки с Гиви сердце, как назло, прихватило, и Алена ночью вызвала «скорую помощь».
Молодой врач не стал слушать никаких доводов и сказал:
— Хотите жить — ложитесь в стационар.
Алена заслала ему полтинник, и Ястреба отвезли в стационар Института кардиологии на Покровке. Там его опутали проводами с датчиками, капельницу поставили, начали интенсивно лечить. Днем приехал Шорин, немедленно пошел к директору института, и Ястреба положили в отдельную палату. Алена приволокла телевизор, и Ястреб лежал, читал Юлиана Семенова и смотрел кино.
Так он провалялся до конца лета, вышел из больницы в начале сентября."
"В маленькой чистой палате, когда не было кино и надоедало читать, он вспоминал свою лихую жизнь, с горечью думая, что деньги, ради которых он упирался рогами, счастья ему не принесли. Ну, одевался он, по ресторанам погулял, жил в номерах люкс в Крыму и на Кавказе, с бабами пошустрил, а конец один. Койка больничная — платформа для пересадки. Одни на волю, других в морг. И навалилась на Ястреба тоска, бессмысленная и тяжелая.
Внезапно понял он, что жизнь заканчивается и никакие деньги и камушки не помогут откупиться от деревянного бушлата.
— Что ты такой мрачный, миленький? — спросила Алена, когда Ястреб садился в машину. — Врач сказал, что пока ничего страшного нет. Я с твоим Сашкой поговорила, он не против, чтобы мы на Рижское взморье уехали.
— Какое взморье, — махнул рукой Ястреб, — октябрь на носу.
— Ну и что? Тебе воздух нужен, а не солнце. Поедем в Дубулты, в дом творчества писателей, я уже насчет путевки договорилась.
— С Львом Толстым?
— Не остри, пожалуйста. У них в Литфонде хорошие девки работают, они за бабульки любую путевку дадут.
— Ладно, Аленка, поедем. Подышим воздухом.
— И домик присмотрим.
Особых дел у него не было. Из дома он позвонил Зельдину, рассказал о болезни. Тот поахал и предложил деньги на поправку здоровья. Ястреб поблагодарил и попросил, чтобы их прислали с Борькой Пахомовым.
