А мне говорили, что он вместе с Жорой Ереванским деревянный бушлат надел. Значит, туфта?
— Вроде того.
— Махаон пишет, что ты мне все на словах передашь. Тогда пошли отсюда. Здесь мусорская помойка. Ссученых много. Ты с ребятами, — он кивнул головой в сторону стола, где сидела компания во главе с Валькой Голубевым, — кентуешься?
— Дружим.
— Они люди правильные, живут по своему закону, к нам не лезут. Пошли.
Золотой встал.
— Подожди, я с ребятами попрощаюсь.
Юра подошел к столу.
— Счастливо погулять, пацаны.
Дело у меня, уйти надо.
— Жаль, что уходишь, — сказал Голубев, — а то посидели бы неплохо.
— Скоро увидимся. — Юрий махнул рукой и пошел к выходу, догоняя Золотого.
Они вышли из бара на улицу, залитую солнцем. Золотой оглянулся, не потерялся ли его новый знакомец, и зашагал к Столешникову, у мехового ателье свернул во двор. Здесь среди старых трехэтажных домов росли чудом уцелевшие деревья и кусты акации. Под развесистым дубом стояла одинокая лавочка. Здесь пили, прятались от жен, играли в железку.
Здесь коротали время перед открытием «Ямы», сюда шли, когда она закрывалась.
Золотой сел на лавку, достал пачку «Филип Моррис», протянул Ельцову.
— Угощайся.
Юра взял сигарету, посмотрел на двойной угольный фильтр. Такие продаются только в «Березке» на сертификаты серии «Д». Пижоном оказался известный московский вор. Большим пижоном."
"— Ну вот, — Витя Золотой затянулся глубоко, выпустил тугую струю ароматного дыма, — теперь говори все, как есть.
Шумел за домами Столешников, из окна соседнего дома радио восторженно вещало об успехах космонавтов, стучал где-то компрессор дорожников, день уходил.
Ни разу Золотой не перебил его, не задал ни одного вопроса, сидел тихо и смолил американское курево.
— Я тебя понял. Ответ сейчас дать не могу. Но на меня можешь рассчитывать. Давай прощаться, мне с солидными людьми встретиться надо.
Они попрощались. Пожали руки и разошлись.
* * *Ельцов-старший ушел из дома в десять, когда Юрий еще спал. Игорь Дмитриевич не стал его будить.
Сегодня он должен был встретиться с двумя людьми. Все эти дни он через друзей, оставшихся в милиции, узнавал о генерале Болдыреве. Выяснить удалось немного. Болдырев числился в оргинспекторском управлении министерства на должности старшего инспектора МВД по особо важным поручениям. У него была группа сотрудников.
Болдырев именно числился, а не служил, так как начальнику управления не подчинялся, выполнял особые задания руководства.
