И даже по обстановке совершенно ясно, что здесь живёт истинный педант. Не люблю таких мужчин — для них всё, что не по графику — сущий ужас. Даже на любовь у него, наверное, запланированное время! А ещё очевидно, что у этого педанта нет спутницы жизни — женских вещей в доме видно не было.
Мэтт остановился недалеко от лестницы. С этой точки было видно все двери коридора, расходящегося на два крыла.
— Там спальни, комнаты для гостей, ванные комнаты, — показывал он рукой направление комнат. — В моём кабинете, пожалуйста, не убирайтесь — ничего личного, но ВАМ я не доверяю.
Остальные помещения можете вымыть. Не забывайте, что дом оборудован камерами, а ваши данные есть в агентстве.
Подготовился. Ну, ничего, я тоже готовилась к появлению в твоём доме, Мэтт Донован!
— Вам всё ясно?
— Предельно.
— Замечательно. Более не располагаю временем проводить вам экскурсию — разберётесь сами. Ещё раз напоминаю: если меня результат не устроит — ваши услуги не будут оплачены.
Когда закончите, просто захлопните входную дверь. Она закроется сама. Только не забывайте свои вещи — без меня вам не зайти назад. Всего доброго!
Мужчина, не оборачиваясь, спустился по ступенькам и хлопнул дверью. Конечно, что на нас смотреть-то, мы разве достойны, обычные горничные? Такие люди для него — мусор. Высокомерный тип, как мне и говорили.
Так. Ну, пора. Пора сделать то, для чего я сюда явилась, и зачем я, имея высшее образование и диплом международного уровня, устроилась в агентство уборки помещений.
В то самое, которым пользовался Мэтт Донован, которого я считала своим врагом номер один, хотя мужчина пока об этом не догадывался. Он не знал обо мне ничего, а я о нём — гораздо больше, чем он может себе представить…
Выждала какое-то время — вдруг вернётся? Потом на цыпочках прошла прямо в кабинет. Начну с него. Что-то нужное я обязательно здесь найду. Это последний шанс спасти отца, который уже находился под следствием как главный подозреваемый и сейчас был под домашним арестом с подпиской о невыезде.
Пока ещё его причастность не доказана, и у меня есть возможность доказать его невиновность. И главные улики были на руках у Мэтта.
Я знала, что одна здесь, но всё равно кралась, будто львица за косулей. Я заранее успела выяснить, что камеры пишут только снаружи и в его кабинете. К коттеджу я шла в кепке с козырьком, за которым не видно лица, особенно если опустить голову.
