Штук пятьдесят, не меньше. Я к своему столу подошла, оглянулась на других учителей, а мне с милой улыбкой сообщили:
— Тебе принесли, с курьером."
"Секунда, две, и я хлопнула ресницами и разулыбалась напоказ. Но ничего не сказала, изобразила загадочность и вернулась к цветам. Наклонилась к ним, чтобы вдохнуть аромат, прикоснулась к нескольким бутонам. А потом вышла в коридор и набрала номер Антона, и тогда уже без всякого умиления поинтересовалась:
— Это что такое?
Он в ответ на мой тон хмыкнул и проговорил отчётливо и с расстановкой:
— Привет, милая.
Тебе понравились цветы?
— Огромный букет.
— Как и мои чувства к тебе.
Мы всё ещё говорили про его искренность и мои сомнения, поэтому я лишь рассмеялась, но затем поблагодарила его.
— Спасибо. Красивые цветы. Но не стоило. На работу.
— Я подумал, что если продемонстрирую твоим коллегам всю серьёзность наших отношений, они не станут задавать тебе лишних вопросов.
— Они и не задают, Антон. Они только смотрят, а между собой шепчутся. В общем, ужасный день.
— Серьёзно? А мне помнится, что начался он весьма приятно.
Я как по заказу принялась оглядываться, словно нас подслушать кто-то мог.
— Перестань.
Антон рассмеялся.
— Не красней, на тебе красное платье.
— А тебе обязательно надо мне об этом напомнить. — Я приложила ладонь к щеке, конечно же, она показалась мне излишне горячей. И чтобы сменить тему, я спросила: — Чем ты занимаешься?
— Работаю, Снежинка. Но я приеду к четырём. Не поздно?
— Нет, в самый раз. — Я сделала глубокий вдох.
— И, Антон, нам нужно будет поговорить.
— Что случилось? — Он, кажется, отвлёкся от какого-то дела, потому что его голос зазвучал ближе и беспокойнее. — Очкарик достаёт?
— Очк… — Я сбилась на полуслове, догадалась о ком он, и опасливо оглядевшись по сторонам, зашептала: — Антон, ради Бога! Так нельзя говорить о человеке, тем более, тебе незнакомом.
Антон выдохнул в сторонку, но спорить не стал, вместо этого переспросил:
— Так что у тебя случилось?
— Ничего не случилось. Но мне нужно будет с тобой поговорить… обсудить кое-что.
— Как серьёзно это прозвучало. Мне взять на вечер бутылку виски?
— Ни в коем случае. Ты мне нужен трезвый и серьёзный
Антон рассмеялся.
— Как скажешь. — И потребовал: — Поцелуй меня.
— Ни за что, — отказалась я.
— Лера.
— Нет, я не буду чмокать трубку. Антон, вокруг дети, а я уже из их возраста вышла. Надо мной и так люди смеются.
Он тоже надо мной смеялся, в голос, и я, разозлившись, телефон отключила.
