И только Лена смотрела на меня торжествующе и разве что не аплодировала. Я подошла, поставила сумку, а её предупредила:
— Не говори ничего.
Она всё-таки засмеялась, точнее, беззвучно затряслась, не спуская глаз с моего красного лица. А я добавила, причём громче, чтобы все присутствующие слышали:
— Антон сказал, что мы подадим опровержение.
— Что опровергать будете?
Я шепнула ей:
— Не знаю. Но он обещал!
Лена сделала жест рукой.
— Мне ваших проблем не понять, конечно.
— Перестань, — шикнула на неё я. Оглянулась на Марию Сергеевну, неслышно прошедшую за моей спиной, а когда та вышла из учительской, и мы с Леной одни остались, я с облегчением опустилась на стул.
И призналась: — Это кошмар, все на меня смотрят. Никогда бы не подумала, что наши дети читают газеты. Я словно через строй прошла.
— За удовольствия надо платить, слышала о таком? А развлеклась ты на этих выходных, надо думать, на всю катушку. — Лена придвинулась ко мне, заглянула в лицо. — Скажи хоть, это того стоило?
Ответить я не ответила, попыталась спрятать улыбку, зато сделала очень тонкий жест, его частенько итальянцы используют, по крайней мере, в итальянских фильмах я видела его не раз, и означал он примерно одно: феноменально.
Ленка странно взвизгнула и выглядела искренне обрадованной. Вот за это я её и люблю, за то, что она умеет от души радоваться чужим успехам.
— Это самое главное, — заявила она, — а на разговоры внимания не обращай.
— Лена, это не разговоры. Это на первой полосе областной газеты. Ты статью читала?
— Читала.
Много наврали?
— В том то и дело, что нет. Но преподнесли как-то… неприятно.
— Это их работа, грязь выискивать. А что там про женитьбу на младшей дочери?
— Антон говорит: бред. Но Алиса, моя сестра, в него явно влюблена. И сильно.
— Сколько ей?
— Двадцать два.
Лена легко отмахнулась.
— Другого мальчика себе найдёт. Куда ей с таким экземпляром справиться?
Я нервно усмехнулась.
— Лен, если бы ты её видела, то поняла бы, что я против неё наивная девочка. Она выросла рядом с такими, как Антон.
— Ну, значит, наш змей-искуситель предпочитает молоденьких, наивных девушек с чистыми помыслами.
Я поднялась, провела ладонью по новому платью.
— Видно, что мои помыслы так уж чисты?
Прозвенел звонок, и Лена с неохотой поднялась. А мне сказала:
— Чем больше мужчина тратит, тем сильнее у него привязанность. Поверь, я знаю.
— Я подумаю об этом, — пообещала я.
На следующей перемене в учительской меня поджидал сюрприз: роскошный букет розовых роз.
