Пристроила голову на плече Антона, и тогда уже, в потёмках, принялась оглядывать комнату. Но кроме очертаний и стен ничего толком рассмотреть не могла.
— У тебя тоже спальня-кабинет? Как у отца?
— Что-то вроде того.
— Это странно.
— Почему? — Он заложил одну руку за голову и вздохнул, я бы сказала, что с чувством выполненного долга. Хорошо выполненного.
— Потому что все нормальные люди стараются дела и удовольствия не смешивать. А у вас, я посмотрю, это в чести.
— У вас — это у кого?
— Ты понял.
— Нет.
— Понял, — настаивала я, мне даже в бок его пихнуть лень было.
Тело было таким расслабленным, меня почти не слушалось. Я могла только дышать и щуриться от напавшей сонливости. Щекой прижималась к горячей коже мужского плеча, под ладонью, что лежала на его груди, курчавились жёсткие волоски, я чувствовала резковатый мужской запах удовлетворённого мужчины, и мне было хорошо и спокойно. И хотелось спать.
— Лера.
— М-м?
Антон погладил меня, ладонь прогулялась по моему боку и остановилась под грудью.
— Завтра утром ты проснёшься, и я хочу, чтобы ты мне улыбнулась.
Я непонимающе моргнула, голову подняла, снова столкнулась носом с носом Антона, потому что он, оказывается, мне в лицо смотрел.
— Думаешь, я не сделаю этого без напоминания?
— Я не знаю. У тебя так много в голове лишних мыслей, что я не знаю.
— Это ты о моих сомнениях на твой счёт?
— Это я о них.
Я немного развернулась, чтобы быть к нему лицом, и проговорила ему в губы:
— Скажем так, некоторые из них ты удачно развеял.
Антон тоже улыбнулся, я почувствовала, как его губы растянулись, потом руки подтянули меня повыше, на его тело.
Ладони устроились на моих ягодицах и сжали их.
— Серьёзно? Ну, я могу стараться всю ночь, чтобы к утру ни одного не осталось. Чтобы ты не усомнилась ни на мгновение… — Хохотнул. — Чтобы ни одного тёмного пятнышка на мне не увидела.
Я обвела пальцем его лицо.
— Думаю, скорее я предпочту закрыть на них глаза. Со спальней-кабинетом ты вряд ли избавишься ото всех тёмных пятен… на своей репутации.
— Я буду стараться, — пообещал он и меня поцеловал.
8
За последний месяц это стало для меня вторым потрясением, честно. В первый момент, когда я увидела эту газету, а точнее, свою фотографию на первой полосе, я перестала дышать. И дело не в том, что это было безумно приятно, и сбылась моя мечта, увидеть своё имя в газете, нет, дело было в заголовке и в другом снимке, рядом, на котором меня и узнать-то было невозможно, настолько он был некачественным и тёмным.
