Княгиня еще не выходила из комнаты, и Шарлотта с облегчением и улизнула к себе. Умылась и выпила стакан воды со льдом. Когда княгиня позвала Шарлотту на прогулку, она уже успела прийти в себя. Граф больше не побеспокоит ее. Он ошибся, приняв ее за доступную особу. Но и она напрасно согласилась кататься с ним. Значит, инцидент исчерпан и останется в прошлом.
Она даже позволила себе насмешливую улыбку при мысли о собственной наивности. Как она могла поверить в то, что его намерения благородны и что он вот-вот сделает ей предложение?! Хотя… все равно отказала бы!
Княгиня все еще чувствовала странную усталость и ни о чем не спрашивала.
Правую руку пронзала острая боль, а грудь стеснило так, что было трудно дышать.
Встревоженная, Шарлотта предложила остаться на вилле, но княгиня нетерпеливо пристукнула палкой, заявив, что в жизни не пропускала прогулок и не намеревается начинать сейчас.
Подали экипаж, который должен был отвезти их на бульвар, выходивший в порт. Княгиня с трудом поднялась.
Дыхание ее становилось прерывистым, и Шарлотта еще больше нахмурилась. Точный возраст княгини держался в секрете, но Шарлотта знала, что ей уже за восемьдесят. Рубиновое колье только подчеркивало бледность старухи. Всю дорогу она не промолвила ни слова. Шарлотта потихоньку попросила кучера не гнать лошадей.
Белые лилии грациозно кивали головками, провожая экипаж. Двойные башни казино золотились на солнце. В гавань, рассекая волны, входила яхта под красным флагом.
– Но хватит ли у вас сил для прогулки? – взволнованно спросила Шарлотта, когда кучер остановил лошадей в знакомом месте.
– Ну конечно! – раздраженно бросила княгиня. – У меня всего лишь небольшая одышка!
Но тут очередной укол боли пронзил руку, и княгиня сцепила зубы. Нельзя болеть. Сначала нужно вернуться в Санкт-Петербург и привести в порядок дела!
Княгиня отпустила кучера, велев ему ехать к отелю и передать записку мадемуазель Бернар.
Бульвар, обсаженный высокими пальмами, был любимым местом прогулок богатых и знатных людей, приезжающих в Монте-Карло.
Но сегодня здесь почти никого не было. Поодаль прогуливались две дамы под кружевными зонтиками, скрывавшими лица. Престарелый Джентльмен с сигарой выдувал кольца дыма и рассеянно разглядывал аметистовую воду.
– Думаю, – прохрипела княгиня, – мне пора увидеться с Виктором.
Виктор был единственным сыном княгини, о котором она редко упоминала.
– Прекрасная мысль! – воскликнула Шарлотта.
