Я всего на несколько минут."
"Княгиня кивнула, и Шарлотта с облегченным вздохом встала и поспешила на террасу в благословенную прохладу. Но и там она не обрела покоя: по террасам прогуливалось слишком много парочек. Поэтому Шарлотта легко сбежала по ступенькам, вниз, где почти никого не было. Горшки с вербеной и маргаритками отсвечивали в бледных лучах лунного света. Кусты рододендрона скрывали ее от находившихся на верхних террасах. Шарлотта остановилась у мраморной статуи Венеры и загляделась на черный шелк моря.
Она сделала глупость, приняв приглашение графа только из-за того, что безразличие Шандора Кароли вывело ее из себя.
Ночной воздух был свеж. Откуда-то сверху послышался приглушенный смех и голоса, но здесь, на нижней террасе, никто не нарушал ее покоя. Она прижалась щекой к прохладному мрамору, не желая возвращаться в жару и духоту Мавританского зала.
Но тут она услышала шаги. Ветви рододендронов раздвинулись, и на террасе появилась темная фигура. Шарлотта немедленно подобрала юбки, готовясь уйти: она узнала непрошеного гостя.
Густые вьющиеся волосы, широкие плечи, узкие бедра и аура небрежной чувственности снова зажгли огонь в ее крови.
Шарлотта беспомощно оглянулась в поисках выхода.
– Я хотел бы поговорить с вами, мадемуазель Грейнджер, – начал он, и в голосе отчетливо прозвучали зловещие нотки.
– Думаю, не стоит, – храбро ответила она, сознавая, что голос дрожит. – Прошу прощения.
Она решительно двинулась к ступенькам, но он загородил дорогу.
– Полагаю, не будь сегодняшних событий и сцены, устроенной мадемуазель Бернар, граф де Вальми не обратил бы на вас внимания.
– Какое вы имеете к этому отношение? – процедила Шарлотта, яростно сверкая глазами.
Граф, казалось, заколебался, и Шарлотта уже посчитала, что он отступит в сторону и позволит ей пройти, но он сказал с поразившей ее глубиной чувств:
– Если бы я не спас вас сегодня, вы не смогли бы принять приглашение графа. Поэтому я несу за вас некоторую ответственность.
– Но позвольте, в этом нет необходимости! Я поблагодарила вас за… – Гнев и унижение душили ее.
– За то, что отшвырнули меня, как котенка, на противоположную сторону бульвара. И вам ни к чему нести ответственность за мои последующие действия! – Она была так близко, что он ощущал аромат ее волос. И неожиданно выругался про себя. Какое, черт возьми, ему дело, обольстит ее де Вальми или нет? – И все же, месье, прошу меня пропустить.
Ее полуоткрытые губы дрожали.
