— Гарнизон там стоит, — с некоторым сомнением произнес Гамула, — дело рискованное, многие полягуть почем зря! Не хотел бы я своими хлопцами просто так по-глупому рисковать.
— Не переживай, — успокоил его связник. — Кроме тебя с твоими хлопцами подойдет еще отряд Якова, у него добрая сотня! А еще будут стрельцы Василия. В сотне у него ребята молодые, боевые. В бой все рвутся! Хотят себя в большом деле проверить.
— Коршак тоже там будет? — осторожно поинтересовался Остап.
— А зачем он тебе?
— Разговор у меня к нему есть…
— Может, передать чего?
— Не нужно… У меня личное.
— Когда увижу, скажу. Где он сейчас, не знаю.
— Понятно…
— Пойду я, — поднялся белобрысый. — Подзадержались мы у тебя, да и хлопцы уже заждались.
— Пусть Коршак не сомневается, сделаю все, что смогу.
Белобрысый не ответил, лишь одобрительно кивнул и уверенно зашагал к узкому дверному проему.
Брюнет сидел за столом, положив на колени автомат. В глазах безразличие и готовность к бою. Весьма опасный сплав.
Проследив за напарником, двинувшимся к выходу, он тоже быстро поднялся и, кивнув на прощание, направился следом. Они вышли во двор, открыли калитку и дружненько затопали в сторону леса. Уже через минуту их скрыла высоко поднявшаяся трава и небольшой спуск, что уводил к быстрому ручью.
Тимофей отворил окно. Повеяло вечерней прохладой, а хулиганистый ветер разом остудил душную комнату.
— Почему они так быстро ушли? — спросил он у Гамулы.
Тот усмехнулся и ядовито ответил:
— Ты думаешь, что они пришли сюда блины с медом лопать? Сказали то, что было велено, и ушли.
Все-таки они на службе. Чего же подвергаться лишнему риску… Так ты мне дашь с Оксаной увидеться?
— Увидишься, — пообещал Романцев. — Только не сейчас. Будет у вас время, намилуешься еще.
Из соседней комнаты вышел Игнатенко с бойцами.
— Уведите его… Огородами, так, чтобы никто не заметил. За поселком вас уже машина ждет. Про наручники не забудьте, а на голову мешок. Там в кладовке их с десяток лежит!
— Не доверяешь ты мне, капитан, — разочарованно проговорил Гамула и протянул руки.
На запястьях защелкнулись наручники. — Может, оно и правильно, я бы тебе тоже не доверял. А я ведь тебя еще в лесу мог пристрелить, не знаю, почему пожалел.
— Жалеешь, что не попал?
— Рука у меня дрогнула. Как чувствовал, что нам еще встретиться придется.
— Значит, грузовик в лесу — это ты подорвал?
— Было дело… От Коршака приказ получил.
