– Здесь ничего не…
А потом по ним ударила такая волна силы, что даже Дора не смогла удержаться в седле. Из лесной чащи навстречу трем ученикам выбралось нечто, что еще долго будет навещать Хаджара в его самых страшных кошмарах.
– Потомок Врага, как смеешь ты ступать по этой земле! Я уничтожу тебя!
Глава 444
Существо, вылезшее из тьмы леса, обладало гуманоидными чертами, но на этом его сходство с человеком или человекоподными расами заканчивалось. Тварь была будто соткана из искрящихся черным гневом, тоской, обидой и яростью эмоций.
Вместо глаз в серых впадинах её обтянутого болью черепа белела смертельная пелена. Острые клыки, усеявшие неясный овал пасти, издалека выглядели кричащими в агонии младенцами, щенками и гнилыми побегами деревьев.
Из тьмы дрожащей пасти вытягивался длинный, покрытый паутиной, язык. Увенчанный костяным шипом, он будто обладая собственным сознанием, извивался змеей, пробуя на вкус окружавшее пространство.
Из спины твари вылезали, извиваясь, жгуты серой плоти.
– Великая Черепаха, – Эйнен, выхватывая шест-копья, одновременно с этим осенил себя священным знаменем своего народа. – да простят меня предки, ибо глаза мои увидели суть есть грехопадения.
– Потомок Врага! – тварь рычала царапала стальными когтями землю. По её клыкам текла слюна, на деле же – чьи-то слезы. – Как смеешь ты показывать свое лицо в этом месте! Я отгрызу его вместе с твоей же душой!
– То есть вы и сейчас ничего не слышали?
Тварь не спешила рваться в атаку.
Она обходила их по широкой дуге. Олени, нервничая, поднимались на дыбы. Адепты тут же спрыгнули из седел, а животные, испуганно зафырчав, бросились в кусты.
– Слышать и разговаривать с духами способны только обладающие Именем, – спокойным, ровным тоном, ответила Дора.
Она выставила перед собой зеленый молот, артефакт Имперского уровня, а затем коснулась железного наруча. В ту же секунду её обуял вихрь силы. На наруче вспыхнула вязь сотни мельчайших, но под завязку запитаных силой, волшебных иероглифов.
Пластины металла пришли в движение."
"Роем муравьев, они поползли по рукам, затем на плечи, шею, спину и дальше, к ногам. Всего за мгновение или даже меньше, Дора оказалась облачена в крепкую, но эластичную броню зеленого цвета. Она закрывала каждый дюйм её тела, оставляя открытыми лишь лицо и белые волосы, которые свободно развевались на ветру. Следом за ними, словно играя в догонялки, струился шелк зеленого плаща.
