– Можешь принять душ. Я тебе дам чистые вещи. А потом приходи на кухню, пока чай заварю."
"Мы сняли верхнюю одежду. Тимур принес мне свои треники, которые приятно пахли стиральным порошком. Я зашла в ванную и снова уставилась в зеркало. При ярком освещении мой вид показался мне еще хуже. Надо же, какой кошмар… А я еще считала, что Алина после всех своих страданий неважно выглядит.
Я сняла грязные мокрые джинсы и стыдливо убрала их в угол. Нужно попросить у Тимура пакет. Ванная казалась стерильно чистой, и я совсем не вписывалась в интерьер.
Принимая душ, не могла отделаться от мысли, что моюсь у собственного географа. А он даже не в курсе… М-да. Я вспомнила, как мы с близнецами дулись на Яну из-за того, что она скрывает подробности своего романа. Знали бы девчонки, у кого я торчу в гостях, упали бы в обморок.
Приняв душ и переодевшись в штаны Макеева, я снова критически осмотрела себя в зеркале. Конечно, треники были на несколько размеров больше. Тогда я подвязала их на талии.
Когда осторожно вышла из ванной, на кухне как раз посвистывал чайник.
На столе стояли пирожные в виде корзиночек с милыми желтыми цыплятами и розочками. Сто лет таких не видела. В последний раз ела их в далеком детстве.
– Присаживайся, – кивнул Тимур.
Я смущенно уселась на край табуретки.
– Я твои ботинки на батарею поставил. И куртку почистил. А джинсы и шапку сейчас в стирку загружу.
– Ой, ты чего… Не нужно, – еще больше смутилась я. – Я домой унесу и сама постираю.
– Фигня, быстро с сушкой высушится. Не парься.
Тимур сказал это так легко, что париться действительно немного перехотелось. Хотя смущение никак не проходило.
– Милые пирожные, – сказала я, кивнув на «корзиночки».
– Ага. Это я за ними в магаз гонял, – ответил Тимур.
Почему-то меня это умилило, поэтому я рассмеялась. А Макеев, наоборот, стушевался.
– Ну, вкусные же, – проворчал он.
Мы пили чай, слушая, как свирепствует ветер за окном. Смущение постепенно уходило. На смену ему пришло уже позабытое чувство уюта. Дома царила такая нервная и напряженная атмосфера, что я уже отвыкла от простых радостей.
– Давно они встречаются? – все-таки не сдержалась и спросила я.
Макеев тут же помрачнел:
– Понятия не имею. Я за похождениями Антона не слежу.
– А у него много похождений?
– Зуева, если ты пришла сюда вынюхивать подробности личной жизни Антона Владимировича, то немного не по адресу. Я не буду с тобой об этом на кухне сплетничать, как бабка.
– Вообще-то я не для этого я пришла, – стушевалась я.
