Глаза Стаса зло сузились:
– Это у тебя в порядке вещей – стукачить и выдумывать всякую фигню?
– А у тебя в порядке вещей – цеплять девушек? До парней так и не дорос? Боишься, что по шее накостыляют?
– Я обещал тебе отомстить, и я отомщу, – сказал Калистратов, прожевав.
– О-очень страшно, – сказала я насмешливым тоном. Мне казалось, что я держусь молодцом. Возможно, со стороны это так и смотрелось. Всю жизнь я старалась делать вид невозмутимой и безразличной девицы. Но сейчас все-таки по спине пробежал холодок.
Напоследок этот идиот сможет учудить что-нибудь, из ряда вон выходящее. Ему ведь больше нечего терять.
Наконец с веселым щебетом в «Маке» все-таки появились близнецы. Я их первой увидела у входа. Стас хотел еще что-то мне сказать, но, тоже заметив Снежану и Милану, усмехнулся и поднялся с места.
– И все-таки оглядывайся, когда по улицам ходишь, – предупредил он.
Я показала ему средний палец и демонстративно отвернулась к окну. Когда Снежана и Милана подошли к моему столику, Стас уже собирался уходить вместе со своей компанией.
– Что ему от тебя было нужно? – спросила Милана, оборачиваясь.
– Разве его не выгнали из школы?
– Наверное, он очень злится на Макеева и Золотко.
– Злиться на Макеева и Золотко у него кишка тонка, – сердито сказала я. – Он злится на меня.
– На тебя? – удивилась Снежана.
– А, Яна что-то говорила… – припомнила Милана.
– Да ну его, – поморщилась я, провожая взглядом компанию Калистратова. Напоследок Стас обернулся и еще раз выразительно посмотрел на меня.
Я не успела отвести взгляд. – Лучше расскажите, почему вы опоздали?
Рядом с близнецами страх постепенно ушел. Они своей легкой болтовней могли разрядить любую обстановку. После девчонки проводили меня до трамвайной остановки. Я пару раз проехала по кольцевой, вглядываясь в черноту. Людей вечером было немного, я заняла место у окна. Выходить из трамвая мне не хотелось. Когда кондуктор начала недобро на меня поглядывать, я все-таки выгрузилась на своей остановке и побрела к дому.
Холодный, пронизывающий ветер задувал в рукава. Двор казался мрачным и темным. Даже мигающие гирлянды в окнах не спасали ситуацию. После разговора со Стасом мне было неуютно. Я прислушивалась к каждому шороху, а когда уже у подъезда ко мне сзади кто-то подошел и осторожно взял под руку, то меня едва сердечный удар не хватил. Я вскрикнула. А обернувшись и обнаружив Макеева, выдохнула с облегчением.
– Зачем так пугать? – воскликнула я и пихнула его в грудь.
