– Это надо с обществом решать, на сходке… Только ты не наш, слова нигде не имеешь, и базарить с тобой правильные пацаны не будут… Давай лучше в паре работать: ты мне наводки даешь на жирных котов, а я с тобой делюсь!
– Да нет, это не дело, – с трудом вымолвил Юздовский.
– Ну, не дело, тогда расходимся! – недовольно сказал Голован. – На первый раз за беспокойство с тебя не получаю!
Он развернулся и направился к выходу из сквера."
"«Нафиг такие «стрелки»! – раздраженно думал он.
– Только зря потерял время с этим фофаном!»
А Феликс Юздовский долго смотрел ему вслед. Он так не думал. Перстень нашёлся, оставалось его забрать… Хотя это нелегкая задача – с живого Голована не то что «гайку» или «цепуру», даже выпавший на пиджак волос не снимешь! Значит, надо перевести его из одного состояния в другое – из живого в мертвое. Но сам он не в состоянии производить такие превращения. И спецов —»чистоделов» в повседневном круге общения нет.
Единственная ниточка, связывающая его с уголовным миром, это Коробейник. Он и киллера может найти, да и сам наверняка способен выполнить такую работу. Может даже, за спиной у него уже и есть «мокряки»… Только Голован крепкий орешек… Это не какой-нибудь беззащитный лох, которому можно свернуть шею, как цыпленку, и никто не почешется! Один его вид, да что там вид – одно упоминание его имени внушает страх!
Поэтому вначале надо прозондировать настроение Коробейника.
Очень осторожно, деликатно, издалека… Потому что напрямую предложить своей «крыше» завалить Голована нельзя – он может пойти и тут же сдать его заказанному. А тот не страдает от неумения превращать живых людей в мертвяков и не отложит это дело в долгий ящик!
– Встретились, переговорили, ничего определенного, – с видимым безразличием рассказал Граф о результатах «стрелки».
Коробейник покивал.
– А что ты хотел? Я так и думал.
Но главное, ты себя обозначил… А дальше посмотрим.
– А чего смотреть? – изобразил удивление Феликс. – Что я ему могу сделать? Да и вообще… Кто ему может на хвост наступить?
– Да никто! Никому даже такая мысль в голову не придет! Потому что если он эту мысль учует, а он её обязательно учует, то мигом сердце вырвет!
– Вот потому я и не хочу с ним ссориться, – лицемерно сказал Юздовский, но прозвучало это убедительно.
