Тот особый типаж с гипертрофированной женственностью, ради которой мужчины готовы горы сдвигать.
Мой муж так точно готов…
— Простите. Мне пора, — сдержано произнесла я и все-таки зашла в кабинку, пройдя мимо соперницы. Пахла она тоже по-особенному – едва заметный, легкий цветочный аромат, полностью соответствующий образу.
Мне хотелось сбежать, потому что за долю секунды налетели тысячи образов, в которых Ремизов был с ней. Обнимал ее, улыбался ей. Любил ее!
Однако побег не состоялся, потому что Альбина решительно зашла следом за мной, нажала на первый этаж, но стоило лифту немного спуститься, как шлепнула ладошкой по кнопке «стоп».
— Не делай вид, что не понимаешь, о чем речь, — ее голос звучал ровно и уверенно, в то время как у меня внутри все крошилось в хлам.
Чертова ревность, которая уже месяц размеренно грызла меня при мысли, что Марат любил другую, общался с ней за моей спиной, мечтая о полном воссоединении, вспыхнула как ночной костер.
— И о чем же речь?
— О вашем фиктивном браке с Ремизовым, – она брезгливо скривила губы, за долю секунды растеряв всю свою обворожительную нежность и трогательность, — думаешь, Марат не рассказал мне о подробностях вашей «сделки»?
Стерва! Самая натуральная! Прячущаяся за маской невинности!
Сама мысль о том, что Ремизов обсуждал с ней наш брак, клялся в том, что я для него никто, просто перевалочный пункт сроком на год – причиняла дичайшую боль.
Мне хотелось ответить что-то хлесткое, едкое. Что-то что стерло бы самодовольное выражение с ее физиономии.
Например поведать, как мы с ним спали в доме его родителей. Как он обнимал меня! Как прикасался, пусть и невольно.
Но я не могла этого сказать. Потому что тогда она побежит к Марату за объяснениями, нажалуется на меня, и придется мне отвечать перед мужем, что это была за выходка. Почему я обидела его неземную любовь и придумала того, чего на самом деле не было.
Настраивать мужа против себя я не собиралась, как и отказываться от своего решения дать нам шанс.
Поэтому произнесла нейтральное:
— Думаешь, Марат поблагодарит тебя, если кто-то услышит про фиктивный брак? Мы вообще-то об этом вслух не говорим. Никогда и нигде. Но если вы с ним уже передумали, — я заставила себя произнести «вы с ним», хотя все внутри восставало против этого, — и готовы распрощаться с этой идеей, то да, почему бы и не обсудить это во весь голос в месте, где полно людей.
Аля явно не ждала от меня такой проповеди, поэтому покраснела.
